Московский Подводно-Археологический Клуб
Главное меню
Главная страница
Законодательство
Фотогалерея
English version
Обратная связь
Помощь проекту
Экспедиции
Библиотека
Литература
Наука
Публицистика
Самиздат
Журнал "Вопросы подводной археологии"
Последние новости
Популярное
Карпичев В.Г. Водолазное дело в России. Печать

Октопус № 6/1999  

Будучи русским, с особым удов­летворением обобщаю данные об историческом развитии водо­лазного дела у нас в России. Здесь уместно вспомнить высказывание лейтенанта Арцибашева, служившего водолазным специалистом на броненосце «Император Александр - III»: — «Я имел возможность ознакомиться с состоянием водолазного дела на императорских су­дах. Из этих наблюдений я составил одно общее мне­ние, что водолазное дело на наших русских судах стоит гораздо правильнее, чем у иностранцев. Я на каждом шагу убеждаюсь, что мы, русские, во многом ушли от иностранцев. Предельная глубина, на которую опус­каются  иностранные  водолазы, есть 20 — 23 м, в редких слу­чаях 27 сажен. Приятно сознавать, что рекорд глубоководных спусков побит все-таки нами, русскими, у которых глубина водолазных спус­ков уже достигла 30 сажен (64 ме­тра). Я уверен, что русские водолазы не остановятся на этой глубине».        Профессиональная точка зрения водолазного специа­листа Арцибашева, изло­женная в начале двадцатого века, имела убедительную теоретическую и практичес­кую основу. Уже в X-XI веках водола­зы древней Руси совершен­ствовали свое мастерство на рыболовных промыслах -об этом свидетельствуют до­кументы. Использовалось водолазное дело и для воен­ных целей.

      В Московском государстве в начале XYI1 века офици­ально зарегистрирована про фессия водолаза. В дошедших до нашего времени документах — так называемых «поручных записях» — о водолазах упоминается, как об оформившейся профессиональной группе со своими обязанностями, правилами и привилегиями.

В ту пору водолазы в России добывали жемчуг и другие дары подводных глубин, строили под водой несложные сооружения, ре­шали и военные задачи, проводи­ли осмотры фарватеров, обеспечи­вая этим безопасность мореплава­ния и речных коммуникаций.

     В 1675 году патриарх Иоаким писал царю Алексею Михайлови­чу, что на Руси «водолазные лю­ди» привлекаются на государст­венные и монастырские работы.

А с начала XYIII века широ­ко применяется русскими водо­лазами водолазный колокол для подъема затонувших кораблей, ценностей и при работах в пор­товых водах, о чем свидетельст­вует Волков в книге под назва­нием «Книга о способах, творя­щих водохождение рек свобод­ное, напечатанная в царствую­щем великом граде Москве лета 1708 в июле месяце».

        При Петре I водолазное дело приобретает особое значение — этому способствовало развитие судостроения и судоходства, строительство фундаментальных портовых сооружений, судоход­ных каналов и мостов. Уже тог­да было создано водолазное оборудование и снаряжение, близкое к современным образцам. В 1719 году крестьянин-изобре­татель из подмосковного села По-кровское Ефим Никонов предло­жил первое автономное водолаз­ное снаряжение. Ему принадлежит и проект подводной лодки, на­званной им «потаенным судном». Изобретения Никонова были одо­брены Петром I.

Прочно встав на воды, Россия бурно развивала и совершенство­вала флот, порты и портовые со­оружения, масштабно осваивала новые речные и морские комму­никации. Возрастали и объемы во­долазных работ, совершенствова­лось снаряжение и оборудование, обеспечивающее погружение че­ловека под воду.

В 1829 году в Кронштадте меха­ник Гаузен создает водолазное снаряжение, состоящее из метал­лического шлема, водонепроница­емой рубахи и грузов. По шлангу в шлем подавался сжатый воздух. Снаряжение Гаузена явилось про­тотипом современного вентилиру­емого водолазного снаряжения и названо водолазным скафандром.

В 1834 году русским военным инженером А. Шильдером постро­ена первая в мире металлическая подводная лодка, а спустя двад­цать восемь лет русский конструк­тор И. Александровский предста­вил проект первой подводной лодки водоизмещением 360 тонн с двигателем, работающем на сжа­том воздухе. Проект был одобрен, а лодка построена и успешно про­шла испытания.

В 1853 году В. Вшивцевым предлагается автономный водолаз­ный аппарат с клапанами вдоха и выдоха и дыхательной трубкой. Аппарат позволял плавать только на малых глубинах, но система по­дачи и удаления воздуха, работав­шая в нем, нашла развитие в более совершенном снаряжении.

Наступил 1861 год, ставший значительной вехой в развитии во­долазного дела в России. В штат экипажей военных кораблей русского флота включена профессия водолаза. В 1871 году известный русский изобретатель А.Н. Лоды­гин предложил проект автономно­го водолазного скафандра с ис­пользованием газовой смеси, со­стоящей из кислорода и водорода. Кислород должен был вырабаты­ваться из воды путем электролиза. А два года спустя, в 1873 году, изобретатель А. Хотинский пред­лагает первое автономное водолаз­ное снаряжение с резервуаром, со­держащим запас сжатого воздуха. Необходимо отметить — разви­тие водолазного дела в России носило самобытный характер. Су­ровые климатические условия вызывали необходимость созда­вать снаряжение, которое за­щищало бы водолаза от холод­ной воды и позволяло дольше находиться под водой для вы­полнения работы.

Я не мог не обратить внима­ние на талантливого русского инженера — изобретателя под­водных лодок — Джевецкого Степана Карловича. В 1879 году по проекту Джевецкого постро­ена подводная лодка, рассчи­танная на экипаж из четырех че­ловек. На специальном конном прицепе подводная лодка была доставлена в Гатчину. Испыта­ния проводились вблизи гатчин­ского дворца на Серебряном озере в присутствии императора Александра Ш и императрицы Марии Федоровны. Заканчива­ются подводные испытания. Подводная лодка, совершив ма­невр, всплывает у временного при­чала. Открывается люк, и элегант­ный подводник, легко ступив на солнечную дорожку причала, пре­подносит императрице букет изу­мительных орхидей...

В 1880 году Джевецкий предло­жил проект первой в мире подвод­ной лодки с электродвигателем, работающим от аккумуляторов. Этот проект послужил началом принципиально нового направле­ния в подводном судостроении.

Выдающееся значение в разви­тии водолазного дела в России сы­грала открытая в 1882 году 5 мая в Кронштадте   Водолазная   школа, ставшая первым научным центром по водолазному делу. Школа вы­пускала водолазов с хорошей тео­ретической и практической подго­товкой. Однако в школе не только проводилась подготовка водолаз­ных кадров для флота, но и созда­валось новое снаряжение и обору­дование, на научной основе отра­батывалась система водолазного труда. Издавались учебники. Раз­работаны и изданы водолазные правила, пособия по спецфизио­логии и водолазному делу. В ко­роткий срок школа приобрела ав­торитет не только в России, но и за рубежом.

Теоретические труды русских специалистов по водолазному делу переводились на английский, французский, немецкий, итальян­ский, испанский и другие языки, специалисты этих стран приезжа­ли в Россию обучаться водолазно­му делу.

С 1882 года по 1917 год школа выпустила 2695 водолазов. В ней проходили подготовку и офицеры водолазной службы, называемые водолазными специалистами. В 1897 году в школе прошла обуче­ние группа врачей, изучавшая фи­зиологию водолазного дела. Ре­зультатом явилось создание учеб­ников по спецфизиологии и таб­лиц, позволяющих добиваться по­степенного увеличения глубин по­гружения.

В 1909 году Водолазной школе поручается подъем на Черном мо­ре подводной лодки «Камбала». В 1908 году лодка, протараненная и разрезанная на две части броне­носцем «Ростислав», затонула на глубине 58 метров. В судоподъеме принимал участие талантливый дипломированный водолазный специалист севастопольской базы Феоктист Андреевич Шпакович, Водолазы подняли носовую часть подводной лодки. Она была введе­на в док.

В 1919 году Водолазная школа перебазировалась на Волгу, снача­ла в Саратов, затем в Казань, а че­рез некоторое время — в Вольск. В 1921 году школа — в Петрогра­де, затем — в Кронштадте. В дека­бре  1924 года Водолазная школа уже в Севастополе и включена в состав Учебного отряда Черно­морского флота. Став учебным подразделением ЭПРОНА Водо­лазная школа со временем преоб­разуется в Военно-морской водо­лазный техникум, который воз­главляет Ф. А. Шпакович.

В период Великой Отечествен­ной войны школа обретает новое место — сначала в Астрахани, а в 1942 году — на озере Байкал, в] Слюдянке. В 1944 году школа — в Балаклаве. Снова — Черное море,! где создается современный учеб­ный Водолазный центр, в котором подготавливают высококлассных специалистов для ВМФ — водола­зов-глубоководников, тяжело-во-долазов, легко-водолазов и руко­водителей водолазных работ.

Автору в период подготовки (с 1956 по 1957 годы) в Балаклаве пен программе водолазов-глубоковод­ников посчастливилось прослу­шать несколько замечательных лекций по водолазному делу, про­читанных Феоктистом Андрееви­чем Шпаковичем. Они стали стержнем, вокруг которого фор­мируются профессиональный опыт, стремление к познанию из­бранного дела и воля в преодоле­нии путей в глубину.

В 1957-58 годах Водолазная школа передислоцируется в Сева­стополь и, находясь в городе рус­ской славы, продолжает подготов­ку квалифицированных водолазов для ВМФ.

Считая особым содержательный исторический путь Водолазной школы и понимая его огромное значение для водолазного дела в России, я не деформировал его другими историческими датами, а сохранил целостным от Крон­штадта прошлого века до Севасто­поля сегодняшних дней, вступаю­щего в третье тысячелетие.

Новый этап развития водолаз­ного дела в России определила Октябрьская революция. В 1917 году сформирована Мариинская спасательная партия (Марпартия) для подъема линкора «Императри­ца Мария».

Существование Марпартии не было длительным,  но успех был значительным. Ее усилиями снят с мели линкор «Мирабо», бронено­сец «Ростислав», транспорт «Ко­лыма», эсминец «Гневный» и ряд других кораблей и судов.

    Линкор «Императрица Мария» в марте 1918 года был поднят и по завершении подготовительных ра­бот был введен в док. Докование линкора проводилось вверх килем, впервые в мировой практике. Этот сложный метод позже освоили ан­гличане и итальянцы. На месте катастрофы линкора глубоко в илистом грунте остались четыре башни главного калибра и носовая боевая рубка. Башни впоследствии были подняты. В доке корабль по­лучил деформацию корпуса и со временем был разрезан на металл.

   До ЭПРОНа, помимо Марпартии, судоподъемом занимались и другие организации, но все-таки ЭПРОН стал той исторической вехой, которая определила на десятилетия развитие водолазного дела в России.

   Приказом по ОГПУ (№ 528 от 17 декабря 1923 года) был создан орган, который в дальнейшем объ­единил водолазное дело в России, организовал централизованную подготовку водолазов и промыш­ленное производство водолазного снаряжения и технических средств, обеспечивающих погружение чело­века под воду, получив определе­ние — экспедиция подводных ра­бот особого назначения (ЭПРОН).

Первоначально ЭПРОН созда­вался для поиска затонувшего ут­ром 27 ноября 1854 года на внеш­нем Балаклавском рейде «Принца». А, став централизующей организа­цией водолазного дела в Отечестве, уже за десять лет существования поднял 110 кораблей и судов. 76 из них были восстановлены. В 1923 году по проекту эпроновца Е. Г. Даниленко на одном из московских заводов изготовле­на глубоководная камера, рассчи­танная на глубину погружения до 72 метров. Оснащенная системой жизнеобеспечения, телефоном, электрическим освещением, ил­люминаторами, выдвигающимися манипуляторами камера оказалась надежной в работе. А в 1927 году инженер ЭПРОНа  A. З. Каплановский спроектировал   глубоководную  наблюдательную камеру, удовлетворяющую да­же современные требования. Не­
значительно измененные образцы
этой камеры применяются до на­
стоящего времени. В 1931 году создается научно — технический совет ЭПРОНа. В не­го вошли академики А. Н. Кры­лов, Л. А. Орбели, Ю. А. Шиман-ский и  Е.  М.  Крепе,  профессор B. Г. Власов, крупнейшие конструкторы   судостроительной промышленности, ведущие специалисты ЭПРОНа. С 1932 года совет возглавлял начальник экспедиции Ф. И. Крылов. Первым начальни­ком ЭПРОНа был Л. Н. Захаров.

С 1933 года издается «Сборник ЭПРОНа». В нем освещались мате­риалы совета, практическая работа Экспедиции, печатались труды в области теории судоподъема, пуб­ликовались исследования по водо­лазному делу и спецфизиологии.

В 30-е годы достигнуты значи­тельные успехи в изучении про­блем физиологии водолазного тру­да. Разработаны таблицы режимов декомпрессии и рекомпрессии. Группу врачей-физиологов воз-глаадял академик Л. А. Орбели, привлекая специалистов ЭПРОНа. Благодаря достижениям врачей-физиологов в 1932 году в снаряже­нии с использованием сжатого воздуха спустился на рекордную глубину 100 метров водолаз А. Д. Разуваев. Деком­прессия проводилась по таблицам, разработан­ным Л. А. Белецким, К. А. Павловским.

Всемирно известны работы ЭПРОНа, про­веденные в 1933 году по спасению ледокола «Малыгин» у берегов Шпицбергена, подъем с глубины 25 метров ле­докола «Садко», а с глу­бины 84 метров — под­водной лодки «Девят­ка». К судоподъемным работам с «Девяткой» был привлечен спаса­тель «Коммуна» — судно-катама­ран, построенное специально для подъема затонувших подводных лодок.

В 1935 году создается Постоян­ная комиссия для решения физио­логических проблем, связанных с глубоководными погружениями и подводным плаванием во главе с академиком Л. А. Орбели. С 1935 по 1939 годы ведутся активные ис­следования возможностей челове­ка при погружении на глубину в обычном снаряжении на сжатом воздухе. Выдающихся результатов достигает один из группы испытателей водолазов-глубоководников В. М. Медведев. В 1937 году он по­грузился на рекордную глубину — 150 метров и вынес пробу грунта.

Водолазы-испытатели В. Соко­лов, Н. Солнцев, Б. Иванов, Л. Кобзарь и И. Выскребенцев также спускались на глубины, близкие к рекордной. Этими по­гружениями было окончательно установлено, что сжатый воздух непригоден для работы на глубине свыше 100 метров. В эксперимен­тах личное участие принимал ака­демик Л. А. Орбели, что в немалой степени определило успех.

С 1939 года комиссия Л.А. Орбели занималась отработкой приме­нения гелиокислородных дыха­тельных смесей на водолазных спусках. Война приостановила эти работы. В 1939-1940 годах осуществлены погружения с применени­ем гелиокислородной смеси на глубину 200 метров. Использова­лась сухая рекомпрессионная. а затем гидрорекомпрессионная ка­мера. Декомпрессия проводилась по вновь отработанным таблицам. С 1923 года до начала Великой Отечественной войны эпроновцы подняли с глубины 450 кораблей и судов, оказали помощь 188 судам, терпевшим бедствие. К началу войны ЭПРОН обладал опытными кадрами и надежными техничес­кими средствами. В его составе находилось более 3000 специалистов, в том числе 600 водолазов. 22 июня 1941 года ЭПРОН вошел в состав ВМФ, сохранив свое пер­воначальное название. С 1942 года Эпрон переименован в Аварийно-спасательную службу Военно-мор­ского флота (АСС ВМФ). Военно-морской водолазный техникум стал именоваться Аварийно- спа­сательным учебным отрядом — АСУО ВМФ.

       За годы войны спасатели флота оказали аварийную помощь 745 кораблям и судам, сняли с мели 840 и подняли из глубины 1920 ко­раблей и судов, проложили сотни километров подводных коммуни­каций (трубопроводов и кабелей), восстановили и построили десятки гидротехнических сооружений, схематически проводили работы с взрывоопасными предметами — минами, торпедами, снарядами.

  Можно много ска­зать о труде спасате­лей   в   годы   войны. Однако  спасенные и поднятые   корабли и суда лучше всего го­ворят о подвиге рус­ских спасателей в су­ровую годину. Автору не   раз   приходилось трудиться на аварий­но-спасательных  ра­ботах в Арктике, под­нимать из пучины ко­рабли и суда, обезвре­живать    взрывоопас­ные   предметы.   Этот труд   пропитан  соле­ным потом, связан с большим риском, профессиональными заболеваниями и травмами. Таковы   у   спасателя-подводника мирные дни, а в боевой обстанов­ке — тяжкий труд и повседневный подвиг.

   Приведу  один   пример  работы водолазов в обычные мирные дни. Подъем судна начали в 1946 го­ду.   Это   был   немецкий   лайнер «Берлин»,   затонувший   в   апреле 1945 года в Балтийском море в 8 милях от Свинемюнде (впоследст­вии лайнер был переименован в «Адмирал Нахимов»). Работы выполнили   в  кратчайший  срок. В новогоднюю ночь 1947 года уже всплыла носовая часть лайнера. Шла подготовка к откачке воды из кормовых отсеков. В одном из от­секов обнаружили течь, заделать которую можно было только со стороны днища. Под корпус под­всплывшего лайнера спустился водолаз. Неожиданно под кормой раздался сильный взрыв, и лайнер снова лег на грунт, придавив водо­лаза. Спасатели, быстро приведя в готовность грунтосос, отмыли грунт и спасли товарища. Обсле­дование показало, что взорвался фугас, заложенный немцами в ка­честве «сюрприза» для спасателей. Судно получило значительные по­вреждения, но было поднято 15 сентября 1947 года, а водолаз впоследствии стал инвалидом.

В ходе войны интенсивно велось строительство водолазных ботов, расширялся понтонный парк, обо­рудовались суда для проведения спасательных работ. Если в 1941 году ЭПРОН располагал 28 спаса­тельными судами, плавбазами и буксирами, 54 водолазными ботами, то уже к 1943 году, несмотря на потери, в АСС насчитывалось 34 судна и 84 водолазных бота.

За десять послевоенных лет воз­росла и интенсивность судоподъ­емных работ. С 1941 по 1955 год было поднято 3916 кораблей и су­дов общим водоизмещением 2720 тысяч тонн — титанический труд водолазов, всех специалистов АСС. Выполненные уникальные работы невозможно перечислить. Благода­ря этим работам очистились аква­тории портов и фарватеров.

В годы войны не останавлива­лись теоретические и исследова­тельские работы по водолазному делу, издавалась специальная ли­тература. Удивительно, но факт — именно в годы войны была напи­сана лучшая книга по аварийно-спасательному делу — «Справоч­ная книга по аварийно-спасатель­ному судоподъемному и водолаз­ному делу». Книга вышла в 1945 году в трех томах, под общей ре­дакцией вице-адмирала А. А. Фро­лова, и стала руководством для спасателей. В послевоенные годы продол­жалось активное освоение мор­ских глубин русскими водолазами. В 1949 году были проведены по­гружения водолазов на глубины до 200 метров. Водолазы Иванов, Вокребенцев, Кийко впервые в мире опустились на 200 метров и стали двухсотметровыми перво­проходцами.

В последующие годы было раз­работано, подготовлено и испыта­но в естественных условиях глубо­ководное, гелиокислородное сна­ряжение (ГКС) инжектор но-реге­неративного типа, а вслед за тем и спуско-подъемный палубный ком­плекс. С созданием такого ком­плекса глубоководные спуски при­обрели практическое значение.

    В 1956 году водолазы — глубо­ководники Курочкин, Ковалев­ский, Шалаев и другие произвели экспериментальные спуски на глу­бину 300 метров. Лишь спустя 6 лет, осенью 1962 года совершил спуск на эту глубину швейцарец Келлер. При этом погружении трагически погибли два подводни ка — англичанин Смол и один из обеспечивающих водолазов.

Но вернемся немного назад, в Севастополь, к трагической и для спасательной службы ВМФ дате.

«29 октября 1955 года в 01 час 30 минут 48,5 секунд в Севасто­польской бухте произошел взрыв под флагманским кораблем Чер­номорского флота  - линкором «Новороссийск». Через 2 часа 45 минут корабль опрокинулся и затонул. Погибло 609 и ранено 139 моряков. Около двухсот моряков из аварийных партий, машин­ных котлов и турбин, электри­ки и трюмные машинисты вме­сте со своими офицерами до конца боролись за спасение ко­рабля и героиче­ски погибли вме­сте с ним.

В лучших тра­дициях Военно-морского флота России!

На юте линко­ра в строю стояло около 900 чело­век, не занятых борьбой за живу­честь корабля, но ни один из них до последней минуты не прыгнул за борт. Около 300 моряков на­крыл опрокидывающийся ко­рабль. Катастрофа, происшедшая с боевым кораблем в закрытой бухте в окружении многих кораб­лей эскадры в мирное время, оста­ется крупнейшей с начала столе­тия до наших дней. Корабль погиб, хотя на его бор­ту находилось 7 адмиралов во гла­ве с командующим флотом вице-адмиралом Пархоменко и 28 стар­ших офицеров...». Оставляю на Ваш суд, уважае­мый читатель, бездарность и без­душие адмиралов... 

В 1956 году в Аварийно-спаса­тельной службе ВМФ произошло значительное событие. Подъем за­тонувших судов был передан Министерству морского флота, кото­рое организовало на морских бас­сейнах отряды аварийно- спасательных и полводно-технических работ (АСПТР). АСС ВМФ пере­дало им часть своих судов, понто­нов и подводной техники. В год достижения нашими водо­лазами-глубоководниками выдаю­щихся глубин (1956г.) при Цент­ральном морском клубе ДОСААФ была организо­вана первая в стране секция подводного спорта. А 1957 год стал годом бурного разви­тия подводного спорта в Рос­сии. В морских клубах ДОСА­АФ создаются секции подвод­ного спорта. Начиная с международных соревнований по подводному спорту, прохо­дивших в Кры­му летом 1961 года, на кото­рых одержал убедительную победу москвич Владимир Меншиков, наши спортсмены - подводни­ки всегда становились чемпионами и призерами на чемпионатах евро­пейского и мирового уровня.  Разработан и запущен в серий­ное производство первый отечест­венный акваланг «Подводник-Ы (АВМ-1) конструкции инженеров А. Солдатенкова и Ю. Китаева. Вошло в строй одно из лучших на-] учно-исследовательских океано­графических судов — «Михаил Ломоносов». По решению прави­тельства боевая подводная лодка была переоборудована в научное подводное судно — первый опыт использования боевого подводно­го корабля в мирных целях. Под­водная лодка «Северянка» стала подводной океанографической лабораторией. В это же время Россия активно создает и   вводит  в  строй   ВМФ атомные подводные лодки. Наря­ду с ними вступали в строй и но­вые спасательные суда с глубоко­водными палубными комплекса­ми, оборудованные спуско-подъемными устройствами кормового и бортового расположения не только с водолазными колокола­ми, но и со спасательными.

Спасательные суда оснащались глубоководным гелио-кислород-ным снаряжением ГКС-ЗМ. Пер­вое из спасательных судов с совре­менным палубным комплексом по­явилось на Северном Флоте. Назы­валось оно «Хибины». Водолазы могли с него погружаться на глуби­ны до 300 метров. В последующие годы в строй аварийно-спасатель­ной службы ВМФ вступают суда нового поколения. Такие, как «СС-21», «СС-47», «СС-87», спаса­тельно-судоподъемное судно «Кар­паты» и другие. Спасательные суда оснащаются глубоководным снаря­жением нового поколения — СВГ-200 и СВГ-300 (снаряжение водо­лазное глубоководное для работы на глубинах в 200 и 300 метров).

С 1963 по 1968 год издается «Справочник специалиста аварий­но-спасательной службы ВМФ» в четырех частях (четыре тома) под обшей редакцией контр — адми­рала Н. П. Чикера.

А в 1963 году выходят «Единые правила охраны труда на водолаз­ных работах». Это первые правила для гражданских водолазов после создания в 1956 году в Министер­стве морского флота экспедици­онных отрядов АСПТР.

Фактически экспедиционные отряды обрели рабочую силу в ше­стидесятых годах и до конца вось­мидесятых провели немало ава­рийно-спасательных работ. Параллельно с АСПТР работали Плавстройотряды по строительст­ву гидротехнических сооружений, отряды Подводречстроя, которые больше специализировались на подводно-технических работах. В период шестидесятых годов созда­ется многопрофильная водолазная служба и в Министерстве рыбного хозяйства.

В 60-х годах в нашей стране на­чались исследования по длительному пребыванию человека под водой. Возникли три программы подводных исследований с приме­нением подводных лабораторий: «Садко», «Ихтиандр» и «Черно­мор». Основная цель программы «Садко — биоакустические и гид­рофизические исследования. Ла­боратория «Садко» была погруже­на под воду в районе Сухуми. Это погружение — первое в программе подводных исследований «Садко», организованной сотрудниками Ле­нинградского гидрометеорологического института. Осуществлено оно летом 1966 года на глубину 12,5 метров. В 1967 году лаборатория «Сад-ко-2» была установлена на глуби­не 25 метров. В 1969 году подвод­ники лаборатории «Садко - - 3» работали также на глубине 25 мет­ров, но в более длительном режи­ме, чем их предшественники.

Одновременно с началом работ в районе Сухуми, на черноморском побережье Крыма, у берегов мыса Тарханкут на глубине 10-ти метров около 4-х суток прожили два чело­века в подводной лаборатории «Их­тиандр». Эти исследования в 1966 году проводила группа спортсме­нов-подводников города Донецка. Программа   «Ихтиандр»   успешно развивалась и в 1967-1968 годах.

 В 1967 году Институтом океа­нологии им. П. П. Ширшова АН СССР организована программа «Черномор». Подводная лаборато­рия «Черномор» была первой в мире, предназначенной для прове­дения собственно океанологичес­ких исследований. Океанологи — организаторы программы исследо­ваний — сконцентрировали свое внимание на гидрооптических из­мерениях и изучении особеннос­тей литодинамики песчаных грун­тов. Именно эти два направления и стали традиционными для про­граммы «Черномор». Цель гидро­оптических исследований — со­здание статистической модели распространения естественного светового поля под водой на глу­бинах до 30 -35 метров. Литодина-мическая программа имела целью определить границы и степень ак­тивности процессов на песчаных грунтах на этих же глубинах. В се­зонах 1968-72 годах лаборатория погружалась на грунт в районе Го­лубой бухты близ Новороссийска, на расстоянии 1,5 км от берега.

  Со дня ввода подводной лабо­ратории в эксплуатацию в 1968 го­ду и до завершения программы в 1974 году на борту «Черномора» отработало 12 научных экипажей. В их составе побывало более 40 океанологов, в обшей сложности они провели на глубинах от 10 до 31 метров более 760 дней.

    В 60-70 -х годах в ВМФ России разрабатывается и испытывается система «Поиск» с автономными аппаратами, с рабочей глубиной погружения до 6000 метров. Одно из судов-носителей глубоководной системы «Поиск» (группы аппара­тов минилодок с различными глу­бинами погружений, предель­ная — 6000 метров) носит назва­ние «Эльбрус». Задачи, стоящие перед системой «Поиск» — ава­рийно-спасательные и подводно-технические работы.

Наряду с классическими водо­лазными работами во второй по­ловине нашего столетия в России стали проводиться интересные ар­хеологические работы В 1958 году на Чудском озере работала экспедиция Ленинград­ского отделения АН СССР. На дне озера обнаружены остатки укреп­ленного вала, сохранившегося с 1242 года, с победы русских войск во главе с Александром Невским над немецкими крестоносцами.

Особо значительные работы провели археологи — подводники в 60-70-х годах в разных регионах России. В 1971-72 годах на Черном море у берегов Абхазии, в районе Пицунды, геологами-водолазами отработано более трехсот маршру­тов до глубин 40, 50 и 70 метров. Фактически это послужило систе­матическим режимным геологиче­ским подводным наблюдением с установкой и отработкой реперных сетей у кавказского и крымского побережий, а отсюда и созданию водолазной службы в Министерст­ве геологии, Автору пришлось быть организатором и непосредст­венным участником этих подвод­ных геологических работ. Поэтому ему понятно прикладное значение их в народном хозяйстве — от не­обходимых рекомендаций гидростроителям до предупреждения сти­хийных бедствий.

Остается сожалеть, что отлажен­ная служба геологов-подводников, можно сказать, перестала существо­вать в начале 90-х годов и, как и вся водолазная служба России, пришла к унизительному для морской дер­жавы упадку в этом последнем де­сятилетии двадцатого века.

В начале 70 -х годов водолазное дело получило развитие в нефтя­ной и газовой отраслях. Россия приступала к промышленным раз­работкам морского шельфа.

Особо необходимо отметить ис­торическое значение подводных киносъемок, так как они способст­вуют миллионам людей через экра­ны кинотеатров и телевизионных приемников познавать удивитель­ный подводный мир. В ноябре !978 года при Ялтинской киностудии создана постоянно действующая водолазная квалификационная ко­миссия. С этого времени юридиче­ский статус обретает группа под­водных киносъемок, которая со временем превратилась в базовое подразделение  Госкино СССР по осуществлению киносъемок под водой. В период с 1978 по 1991 год снято 72 полнометражных художе­ственных кинокартины с подвод­ными сюжетами. Создана система подготовки кинематографистов -подводников. Подготовлена группа исполнителей трюков под водой. База подводных киносъемок, осна­щенная современным отечествен­ным и импортным водолазным снаряжением и оборудованием, плавсредствами и киносъемочной техникой, обеспечивала проведение под водой киносъемок любого объ­ема, формата и сложности. Не имея аналогов в мировой практике, База стала центром подводных киносъе­мок не только для кинематографи­стов СССР. Ее услугами пользова­лись кинематографисты Франции, Германии, Америки и других стран. В 1988 году издаются «Правила по организации и проведению, подводных киносъемок. Требова­ния безопасности», разработанные автором этих строк, который сто­ял у истоков создания базы, был руководителем и организатором подводных киносъемок. Автор отдает дань талантливым кинооператорам-подводникам, с которыми пришлось пройти твор­ческим путем — А. Антипенко, Г. Зеленину, Ф. Лебедеву, О. Масарыгину, И. Недужко, А. Рыби­ну, А. Филатову.

1986 года 31 августа в 23 часа 12 минут под Новороссийском при столкновении с теплоходом «Петр Васев» пароход «Адмирал Нахи­мов» через 7 -8 минут затонул на глубине 47 метров. Погибли 423 человека. Наряду с гражданскими водолазами в сложных поисково-спасательных работах по извлече­нию погибших из отсеков затонув­шего судна участвовали водолазы АСС Черноморского ВМФ. Спус­ки проводились со спасательных судов «СС — 21» и «СС — 47». При работе в отсеках судна погибли два молодых водолаза — Ю. Полищук и С. Шардаков. Кораблекрушение под Новороссийском, унесшее 425 человеческих жизней, стало еще одной трагической страницей водолазной службы.

Во второй половине 80-х годов совершили серию глубоководных погружений два автономных аппа­рата «Мир». Рабочая глубина погружения 6000 метров. Они ис­пользовались при обследовании затонувшей атомной подводной лодки «Комсомолец», показав хо­рошие результаты.

При помощи аппаратов «Мир» проведена уникальная под­водная киносъемка затонувшего лайнера «Титаник» для кинокар­тины «Гибель «Титаника».

В конце девятнадцатого века мировым достижением явилось погружение русских водолазов на глубину в 25 сажен, а в конце двадцатого века русский водолаз­ный специалист Анатолий Храмов провел 12 рабочих суток в отсеке барокомплекса при давлении в 50 атмосфер, равном глубине по­гружения 500 метров, работая в гидротанках. Режим декомпрессии при подъеме длился 23 суток.

Миру подобное еще неведомо!

Своим погружением на такую глубину Анатолий Храмов еще раз подтвердил — огромный потенци­ал заложен в русских водолазах.

Да, сегодня мы не имеем удоб­ного современного водолазного снаряжения, но имеем профессио­нальную школу и опыт. В этом нас убеждает насыщенная история русского водолазания.

Есть талантливые носители про­фессиональных водолазных идей.

С подъемом России появится и надежное снаряжение.

Завершая материал об истории освоения морских глубин, могу убежденно сказать, что будущее че­ловечества — Океан. Здесь не нуж­но быть ни оракулом, ни пророком.

Особая, своя выдающаяся роль в будущем принадлежит России, восставшей из руин. У России су­ровая, но яркая судьба — при ее движении по вертикали. Нынеш­ний период упадка — дорога через тернии к мощному подъему. По­добное случается у живого актив­ного организма. Необходимо осо­знать — Случаю не одолеть Судьбу. И в этом вера моя непоколебима!

rkkf

 
« Пред.   След. »
© 2017 Московский Подводно-Археологический Клуб
Joomla! is Free Software released under the GNU/GPL License.