Московский Подводно-Археологический Клуб
Главное меню
Главная страница
Законодательство
Фотогалерея
English version
Обратная связь
Помощь проекту
Экспедиции
Библиотека
Литература
Наука
Публицистика
Самиздат
Журнал "Вопросы подводной археологии"
Последние новости
Популярное
Маркс Р. Золото Ист- Индии Печать

Журнал «Октопус» № 6/2003

 

          Португальцы, вдохновленные рассказами Марко Поло о дворцах с золотыми крышами и свидетельствами величайших бо­гатств Востока, принялись исследовать морские пути в те края задолго до Ко­лумба и испанцев. В 1488 году Барто­ломью Диас обогнул мыс Доброй Надеж­ды. 10 лет спустя Васко Де Гама достиг бе­регов Индии. В 1510 году Аффонсо де Альбукерк покорил Гоа в Индии, сделав его опорным пунктом для дальнейших завое­ваний в этой части мира. В 1511 году пор­тугальцы захватили Malacca и Moluccas, и шестью годами позднее почти весь Цейлон оказался под их контролем. В 1557 году они были уже у самых дверей Китая, сде­лав Макао своим основным торговым центром, начали торговать непосредствен­но с Китаем, а вскорости и с Японией.

     Богатства, привезенные из Ист-Индий, затмили сокровища Испанской Америки и сделали из Португалии, бывшей незначи­тельным средневековым болотом, богатую и мощную державу. Каждый год дюжины больших судов, называвшихся каракками, выходили под парусами из Лиссабона к за­падному побережью Африки, огибали мыс Доброй Надежды и направлялись в различ­ные части Дальнего Востока. Каракки со­четали в себе свойства боевых и торговых судов. Как галионы Манилы, шедшие из Акапулько, они перевозили золотые и се­ребряные монеты и слитки, необходимые для закупок самых экзотических товаров. Возвращаясь домой, корабли везли груз, идентичный грузу галионов Ма­нилы: шелка, фарфор, изделия из золота и серебра, нефрит, слоновую кость и санда­ловое дерево, огромное количество жемчуга и драгоценных камней — однако наиболее выгодным товаром были специи, напри­мер, гвоздика, корица, перец и мускатный орех.

        В 1492 году королева Изабелла изгнала евреев из Испании — и это несказанно усили­ло экономику Голландии. Прибытие еврейских купцов и вливание их капитала сделали из Голландии процветающее торговое государство. До 1580 года, когда Испания завоевала Португалию, голландцы выступали в качестве посредников на торговых путях Ист-Индий. Когда испанцы лишили их такой возможности, голландцам пришлось искать свой собственный путь к источникам восточных сокровищ, практически ставших предметом первой необходимости в Европе XVI века. Прежде всего они испробовали северо-восточ­ный путь, шедший вокруг России. Когда эта-попытка закончилась неудачей, была совер­шена попытка наладить сообщение через Магелланов пролив, однако это оказалось чрез­вычайно дорого и слишком опасно. В конце концов, они отправились по стопам португальцев — огибая мыс Доброй Надежды.          Когда в 1599 году первый голландский флот прибыл домой пос­ле путешествия в Ист-Индию, анонимный свидетель записал: «За все время, пока Голландию называют Голландией, не прибывало сюда кораблей, загруженных подобными богатствами». На протя­жении многих дней Амстердам оглашался праздничным перезво­ном колоколов. Голландцы сделали Батавию, город на Яве (в на­ше время — Джакарта,  Индонезия), своей  основной  базой на Дальнем Востоке и столицей голландских Ист-Индий. К середине XVII века в голландскую торговлю в Ист-Индиях ежегодно было вов­лечено более 200 кораблей.

         Англичане завидовали огромным прибылям, получаемым их голлан­дскими конкурентами, и основали собственную Ист-Индийскую Торговую Компанию. Это было задолго до того, как французы, датчане и шведы оказались вовлечены в торговлю с Ист-Индией. На Дальнем Востоке развилась жесточайшая конкуренция между торговы­ми компаниями европейских наций, и каждая компания пыталась урвать дополнительный кусок прибыли за счет конкурентов. Таким образом, на протяжении всего Колониального периода европейские страны ежегодно вступали в войны друг с другом, захватывались торговые базы, топились корабли. К XVIII веку основным товаром, вывозимым из Китая, стал чай, и прибыли, получаемые от его продажи, перекрыли прибыли от продажи всех остальных товаров.

    Путешествия торговцев в Ист-Индий были долгими, трудными и очень опасными. Нет ничего необычного в том, что более двух тысяч кораблей было потеряно за три века стра­нствий. Они тонули в водах Дальнего Востока, Индийского океана и Атлантики. На пути домой из Ист-Индий практически все корабли останавливались или проходили вблизи Азор, поскольку они использовались как расчетная точка при навигации — и там погибло более 150 судов; большинство из них лежит в глубокой воде и недосягаемо для подвод­ников даже сегодня. Более 300 судов с огромными богатствами на борту затонули у бе­регов Южной Африки, особенно много — в районе мыса Доброй Надежды.

    Потери только за 1647 год хорошо иллюстрируют, насколько опасен этот район. В феврале флот, состоявший из семнадцати португальских каракк, огибал мыс, когда вне­запно налетевший шторм погубил шестнадцать судов; единственный выживший корабль достиг берегов Мадагаскара, где затонул, встав на якорь. В декабре 1646 года восемь португальских каракк вышло с Гоа, «будучи сильно загружены прекраснейшими товарами, каких еще не прибывало с Востока за долгие годы». В начале июня 1647 года этот флот огибал мыс Доброй Надежды и также был настигнут внезапным штормом; шесть судов за­тонули в течение часа, последние два налетели на скалы.

      Цена привозимых в Европу предметов роскоши была ужасна. Только в двух описанных катастрофах расстались с жизнями более четырех тысяч человек. «Сакраменто», водоиз­мещением в тысячу двести тонн, одна из каракк, налетевших на скалы, везла более вось­мисот человек. Воды были холодными и переполненными большими белыми акулами, и только семьдесят два человека добрались до берега, и только четверо вернулось на Гоа. Остальные были убиты аборигенами или погибли от жажды и голода.

        Первым человеком, который в наши дни заинтересовался поиском останков кораблей, лежащих в суровых водах вблизи Южной Африки, оказался Дэвид Ален, подводник-спортсмен из Порт-Элизабет. В 1973 году он прочитал книгу, посвященную «Сакраменто». Он тратил все свои выходные в поисках останков корабля. 29 января 1977 года он наконец нашел их. Уже онемев от холода, он увидел сорок две огромные бронзовые пушки, лежа­щие на дне. Орудия были изящно изукрашены гербами. Они и оказались наиболее цен­ной находкой. Корабль лежал на глубине менее семи метров, века при­ливов и отливов разрушили его и унесли обломки и товары в море. Тем не менее Ален нашел несколько фарфоровых изделий династии Минг, некоторое количество золотых и серебряных монет, а также керамические кувшины с куркумой и перцем. Вскоре после того как были подняты пушки с «Сакраменто», Ален обнаружил остатки судна, принадлежавшего Британской Ист-Индийской компании.

        «Додингтон» покинул Лондон в 1755 году с большим отрядом солдат и огромным количеством монет на борту. Он затонул в ви­ду Порт-Элизабет, и только двадцать три из более чем пяти сотен  человек выжило. Современные искатели сокровищ сумели поднять практически все орудия и сокровища с корабля. Ален сумел найти лишь четыре бронзовые пушки, несколько тысяч испанских серебряных монет и личные принадлежности тех, кто находился на борту погибшего судна.

  Когда известия об открытиях Алена широко разошлись, организовались дюжины групп, состоящих из охотников за сокровищами потопленных судов. Большинство людей, во­шедших в подобные группы, были спортивными подводниками или подводниками-люби­телями.

Коммерческая спасательная компания «Аква-Эксплорэйшн», созданная в 1979 году и возглавляемая Чарльзом Шапиро, обнаружила больше дюжины кораблей, принадлежав­ших Ист-Индийским компаниям различных стран и погибших в различное время. Наиваж­нейшим открытием, совершенным этой компанией, была «Джоанна», голландское судно, погибшее в 1682 году во время рейса в Ботавию. Оно село на риф в районе мыса Агул-хас и пошло на дно вместе с 300000 испанских монет и множеством людей.

    В 1684 году Олаф Берг, шведский спасатель, работавший на голландскую Ист-Индийскую компанию, использовал колокол, чтобы погрузиться на останки «Джоанны», и поднял примерно половину монет: бывших на судне, а также и часть его артиллерии. В 1983 го­ду Шапиро и его водолазы обнаружили рэк на глубине всего четыре с половиной метра. Они сумели поднять сорок железных и бронзовых пушек и более 100000 испанских се­ребряных монет, которые пропустил швед.

    Корабли Ист-Индийских компаний лежат в своих водных могилах по всему миру, и за­падному побережью Австралии принадлежит равная доля. Одним из этих кораблей была «Ботавия», ушедшая на дно в 1629 году. В темноте июньской ночи смотровой голландско­го судна принял пену волн за отражение луны на неспокойной воде. Спустя несколько ми­нут судно конвульсивно содрогнулось, точно раненая птица, когда киль задел дно, а за­тем переломился, зацепившись за острый риф. Спящие люди вылетели со своих коек и проснулись от пугающего звука ломающегося дерева. Капитан Пелсарт приказал выбрасывать за борт тяжелые пушки в бесплодной по­пытке облегчить корабль. Но судно было обречено и всего два часа спустя разломилось на части. Большинство тех, кто был на борту, достигли пещер, находившихся невдалеке. Пелсарт на небольшой лодочке отправился на Яву за помощью, оставляя около трех сотен выживших в рифовых пещерах. Не имея другой возможности получить пищу или воду, они сумели вытащить на сушу часть корабельных запасов.

     Скудные запасы не могли поддержать жизни такого количества людей, и банда, состоявшая из членов команды, захватила власть. Они хватали спящих мужчин, тащи­ли их к кромке воды и топили. Были убиты женщины и дети — им перерезали глотки. К тому моменту, когда прекратился разгул жестокости, примерно через неделю после катастрофы было убито более 125 человек, еще 40 утонуло при попытках добраться до соседних пещер — они пытались сбежать от обезумевшей команды. Некоторым все же удалось достичь безопасных мест и они отражали нападения предателей, но их ко­личество уменьшалось день за днем, и го­лод и жажда убивали их. К тому моменту, когда пять месяцев спустя Пелсарт вернул­ся со спасательным кораблем, в живых ос­талось лишь сорок семь человек, включая несколько изменников, которые подверг­лись допросу и были повешены прямо на рифе.

     «Ботавия», несмотря на свою ужасную историю, стала кораблем мечты для совре­менных искателей сокровищ. Более 250000 серебряных гульденов и корзины, запол­ненные драгоценностями, ушли на дно вместе с судном. При средней цене 200 долларов за штуку только монеты в 1963 го­ду стоили около пятидесяти миллионов дол­ларов. В том году подводник по имени Хью Эдварде обнаружил место гибели корабля, в то время как охотился под водой. Как только стало известно о его находке, воз­никла картина, напоминающая австралийс­кую золотую лихорадку XIX века. Подводни­ки-любители собирались сотнями, откапы­вали руками монеты и судорожно наполняли ими ведра. Общее количество поднятых сокровищ неизвестно, но местные подвод­ники уверены, что большая их часть все еще погребена под песками и кораллами.

Наиболее известный и наиболее противо­речивый рэк, находящийся у западного побережья Австралии, — это голландский «Золоченый Дракон», погибший при столкновении с мелким рифом в 1656 году. Судно за­тонуло в месте, расположенном всего в часе
езды от современного города Перт. Судно везло груз высокой стоимости и 193 пасса­жира, из которых выжило и добралось до Явы всего 75 человек. Многочисленные гол­ландские экспедиции, которые пытались поднять груз, так и не смогли найти останков корабля. Таким образом, корабль пролежал никем не потревоженный целых три века, по­ка Алан Робинсон, искусный ныряльшик за жемчугом, оказался на нем в 1957 году. Он сохранил свою находку в тайне на протяже­нии семи лет и работал на месте гибели ко­рабля. Руками он сметал песок и ломал ко­раллы, скрывшие под собой сокровища.

      В 1964 году о находке узнало правительство и заявило права на нее и на место наход­ки, конфисковало все сокровища и предметы, которые обнаружил и поднял на поверхность Робинсон. Он вызвал правительство в суд и начал тринадцатилетнюю кампанию, целью кото­рой было получить «его» рэк обратно. И ему это удалось, од­нако, это стоило 250000 долларов, брака и рассудка. На всем протяжении судебной тяжбы он проводил время попеременно в тюрьме и клинике для душевнобольных.

В Австралии находится экстраординарный рэк, который полностью соответствует голливудскому представлению о затопленном корабле. Как это ни удивительно, этот корабль мечты известен с 1927 года, когда его фрагмен­ты были обнаружены на близлежащем берегу. Но еще более удивительно то, что с того дня менее чем один процент сокровищ был поднят на поверхность. Но существует серь­езная причина, по которой «Зюйтдорп» не был раскопан.

    Место его гибели располагается у берегов Западной Австралии, на одном из самых пустынных его отрезков. Даже сегодня достичь его можно лишь преодолевая многочис­ленные трудности. Здесь живут только кенгуру, дикие козлы и эму. В 1712 году гружен­ный драгоценностями «Зюйтдорп» бесследно исчез, следуя по маршруту Голландия — Ба­тавия. Слово «Зюйтдорп», вырезанное на большом камне напротив места его гибели, по­казывает, что были выжившие. Их судьба остается загадкой.

    В 1939 году одна из газет Перта организовала первую экспедицию, чтобы добыть се­ребро «Зюйтдорпа». Как и все, кто последовал за ними, члены экспедиции были испол­нены мечтами о затопленном сокровище, в то время как начинали спуск с шестидесяти­футовой скалы, возвышающейся над местом гибели корабля. Сокровище охраняется мо­рем. Волны просто огромны. Они формируются у западного побережья Африки и набира­ют силы, пересекая Индийский океан, пока не разбиваются с несдерживаемой яростью в районе, где лежит «Зюйтдорп». Только сумасшедший может решиться плыть через или под ними, чтобы достичь останков судна.

    Несколько лет назад группа подводников решилась преодолеть все существующие преграды и поднять ценности с корабля. Они прилетели на вертолете, разбили лагерь на скале и решили подождать дня, когда можно будет осуществить погружение. День за днем, измученные комарами и жалящими мухами, они проклинали восьмиметровые вол­ны и звук прибоя, звенящий в ушах. И вот однажды утром, после почти шести месяцев ожидания, они были разбужены приглушенным звуком. Посмотрев вниз, они увидели, что волны достигали «всего» четырех метров в высоту. Подводники спустили свое снаряже­ние на крошечный пляжик, расположенный у основания скалы, затем спустились сами.

Два первых человека при входе неверно оценили время и были выброшены на берег с переломанными костями. Двое других смогли пробраться сквозь хлещущие волны, вцепив­шись в дно и проталкивая себя вперед. Они оказались первыми, кто увидел легендарное морское дно, устланное серебром. То, что они увидели, несомненно, стоило длительного ожидания. Кусок дна примерно шестьдесят на сорок метров был покрыт плотным слоем, состоящим из десятков тысяч голландских и испанских серебряных монет. Слой был нас­только плотен, что сложно было увидеть кораллы, скрепляющие его. Двое подводников вы­ламывали монеты одну за другой, заполняя до верху мешки.       Им правда пришлось отсы­пать не меньше половины — мешки оказались слишком тяжелыми. Прежде чем отправить­ся на берег, они также ухватили несколько золотых коробочек для нюхательного табака, золотой боцманский свисток и около дюжины золотых декоративных пуговиц от мундира. Безопасная земля была всего в шестидесяти метрах от обломков судна, но прибой сделал эту дистанцию бесконечным кошмаром. Один из подводников уронил свою сумку, когда его кинуло на камни, и он сломал ногу и ключицу. Второму повезло больше. Его вышвырнуло на берег, он был вымотан, весь в порезах и царапинах, оставленных корал­лами, но он все еще держал в руках сумку с трофеями. Таково было завершение экспедиции.

        Последующие попытки собрать драгоценный урожай с «Зюйтдорпа» оказа­лись еще менее удачными, и целый ряд подводников получили серьезные увечья. Пару лет назад правительство Австралии объявило запрет на погружения в этом регионе. Так что дно все еще плотно покрыто драгоценностями.

Большинство кораблей, погибших у берегов Западной Австралии, успело пройти десятки тысяч морских миль, прежде чем их постигла печальная участь. Два судна, принадлежавших голландской Ист-Индийской компании, пошли на дно, прежде чем Голландия скрылась из вида. «Анна» и «Флигенхарт» (Летающее Сердце») вышли из порта Раммекенс 3 февраля 1735 года. Оба корабля были заг­ружены серебряными и золотыми монетами, а также изрядным количеством других това­ров, предназначенных для торговли на Дальнем Востоке. Корабли сопровождала лодка, которая должна была провести их через предательскую песчаную банку в устье Шельды. В связи с ошибкой штурмана суда наткнулись на банку и быстро пошли ко дну. Не смог выжить ни один из 461 человека — матросов, солдат и торговцев, плывших на кораблях.

         Всего несколько дней спустя «Флигенхарт» был обнаружен английским водолазом Деймсом Бушнеллом. Используя водолазный колокол, он поднял несколько орудий. Поч­ти 250 лет спустя профессор Гюнтер Шиллер, картограф и историк Утрехтского универ­ситета, обнаружил карту, на которой было отмечено место расположения обломков. Он обратился к двум известным английским охотникам за сокровищами — Джону Роузу и Рексу Соуэну — с предложением организовать поиск судов. В 1979 году они получили разрешение правительства Голландии на проведение экспедиции. Несмотря на то что, в руках у охотников была карта, где место - '".гибели корабля было отмечено знаком «X», Роузу и Соуэну  пришлось потратить три лета, чтобы найти затонувшее судно. Используя магнитометр, они обнаружили «Флигенхарт», похороненный в глубоком слое грязи.

       В 1982 году англо-голландская экспедиция в сотрудничестве с Королевским амстердамским музеем приступила к исследованиям и раскопкам. Работа продвигалась очень медленно, поскольку видимость бы­ла низкой, а условия погружений исключительно тяжелыми. Тем не менее удалось поднять на поверхность бронзовую пушку, несколько чашек из китайского фарфора, коллекцию предметов из баварского стекла, оловянные столовые приборы, медный французский горн, более двух сотен бу­тылок немецких и французских красных и белых вин, а также сотни сереб­ряных испанских и несколько голландских золотых монет.

    После завершения сезона место раскопок было ограблено и были под­няты  артефакты.   Следующим  летом,   прежде  чем   начать  раскопки, пришлось устранять кучи песка, принесенные зимними штормами, а также собрать рыбацкие сети,  лежавшие на дне  и  представлявшие опасность запутывания. А затем они нашли то, о чем мечтает каждый подводник: сундук с сокровищами. Сундук, изготовленный из сосны, длиной не менее метра. На сундуке по-прежнему были видны остатки ткани и веревок, которыми он был перевязан. Открыв крышку, они смогли лишь изумленно качать голова­ми. В сундуке лежало две тысячи дукатов и тысяча золотых испанских монет. Монеты бы­ли отчеканены в Голландии и датировались 1729 годом. Эти монеты никогда не были в обращении, что многократно подняло их ценность.

    Несколько лет спустя был обнаружен идентичный сундук, содержащий точно такое же количество золотых и серебряных монет, в соответствии с судовой декларацией, где-то должны быть спрятаны еще несколько подобных сундуков. Проект Флигенхарт продолжа­ется каждое лето, и каждый сезон приносит множество интересных и драгоценных нахо­док. Голландское правительство получает двадцать пять процентов от всего поднятого для размещения на выставке в Королевском музее. Полное исследование корабля зай­мет еще не менее пяти лет, а затем Роуз и Коуэн планируют начать исследования «Анны Катарины», лежащей неподалеку.

     В 1983 году на противоположной стороне земного шара случайная находка принесла Майклу Хэтчеру два миллиона долларов: он обнаружил старинный азиатский торговый ко­рабль, груженный 22000 фарфоровых предметов династии Минг. Хэтчер вырос в английс­ком детском доме. В 1970 году он создал в Австралии водолазную компанию, занимав­шуюся подъемом грузов с судов, погибших в ходе Второй мировой войны. К двадцати го­дам он стал миллионером. После своей находки он сфокусировался на старинных рэках. Собирать фарфор со дна куда как проще, чем месяцами резать современные стальные суда. Он начал собирать старые карты и нанял студентов, которые занялись изучением архива голландской Ист-Индийской компании. Самой привлекательной целью для него стал «Гельдермальсен», корабль, вышедший из Нанкина, Китай. Его груз составлял 343 тонны чая. 239000 предметов из китайского фарфора и более 45 килограмм золотых слитков. Судно было настолько перегружено, что фарфор заменял обычный балласт. Ле­том 1752 года судно шло в Батавию, направляясь в Голландию, затем село на риф в Юж­но-Китайском море, унеся с собой жизнь всех, кроме 32 матросов.

 Поиск, начатый в марте 1985 года, проводился на территории площадью около 260 км. Хэтчеру помогал Макс де Рам, швейцарский морской геофизик, специализирующийся на вы­сокотехничном электронном оборудовании для поиска. На протяжении двух месяцев они протащили магнетометры и сонары бокового обзора над сотнями рифов. К концу апреля они потратили более 400000 долларов, и Хэтчер решил приостановить экспедицию. Де Рам умолял его дать хотя бы еще один день.

    И в этот самый день они нашли «Гельдермальсен». Подводники нашли две больших пушки и тысячи осколков фарфора на глубине 40 метров. Прощупывая ил руками, они наткнулись на куски древесины. Сделав несколько пробных раскопов, они достали дюжи­ны бело-голубых фарфоровых предметов. Так как экспедиция уже практически осталась без еды, воды и горючего, членам экспедиции пришлось отправиться в Сингапур, где экс­перты смогли подтвердить, что фарфор является ровесником «Гельдермальсена».

      Хэтчер вернулся к своему «потаенному рифу» на большом водолазном боте с но­вым водолазным и поисковым снаряжени­ем, а также командой из пятнадцати ком­мерческих  водолазов.   После  всего   нес­кольких минут работы с помпой он понял, что наткнулся на золотую жилу. В мутной воде проступили очертания деревянных ящиков.  Открыв  крышки,   они  увидели уложенные рядами чайные чашки, та­релки, миски, масленки, чайники, суп­ницы, кувшины и плевательницы. Они были расписаны вручную традицион­ными китайскими мотивами: горбаты­ми   мостиками,   речными   пейзажами, пионами и рыбаками.

   Чайные листья покрывали каждый сантиметр дна, и в то время, как помпа всасывала ил со дна, на подводников сы­пался дождь из чайных листьев. Как это описал Хэтчер, раскопки походили на «работу в гигантском чайнике». Наиболее сложной частью работы оказалась отправ­ка фарфора на поверхность. Подъемный кран, установленный на борту водолазно­го бота, работал час за часом, поднимая десятки тысяч фарфоровых изделий. Вне зависимости от того, с какой скоростью ра­ботала команда на поверхности, на дне всегда было что поднять, По мере раскопок был обнаружен абсолютно целый нижний трюм — именно там и были сделаны самые важные находки. В ходе третьей недели раскопок было обнаружено семнадцать зо­лотых слитков, а к завершению экспедиции их количество дошло до 125. Восемнадцать из них были в форме знаменитого Нанкинского башмака и покрыты символами дол­гожительства и богатства,

Четыре выматывающих месяца ушло на то, чтобы поднять на поверхность величай­шую коллекцию фарфора династии Чинг — более 170000 предметов в идеальном сос­тоянии. В 1986 году Хэтчер продал пример­но половину находок на аукционе Кристи в Амстердаме. Прибыль составила более пятнадцати миллионов долларов, три мил­лиона получил сам Хэтчер, остальное пош­ло его команде и инвесторам. Фарфор стал всемирно известен как «Коллекция Хэтчера», и к сегодняшнему моменту некоторые предметы были перепроданы по ценам, превышающим аукционные в десятки раз

 
« Пред.   След. »
© 2017 Московский Подводно-Археологический Клуб
Joomla! is Free Software released under the GNU/GPL License.