Московский Подводно-Археологический Клуб
Главное меню
Главная страница
Законодательство
Фотогалерея
English version
Обратная связь
Помощь проекту
Экспедиции
Библиотека
Литература
Наука
Публицистика
Самиздат
Журнал "Вопросы подводной археологии"
Последние новости
Популярное
Кузнецов В.Д., Латарцев В.Н., Латарцева Е.Е., Амелькин А.О. Подводные исследования в Фанагории Печать

Кузнецов В.Д., Латарцев В.Н., Латарцева Е.Е., Амелькин А.О.

Подводные исследования в Фанагории в 1999-2002 гг.

Древности Боспора № 6, М.; 2006

 

     Крупнейшее[i] в России древнегреческое городище, Фанагория, представляет собой благодатный объект для проведения подводных археологических исследований. Зна­чительная часть памятника, примерно треть, затоплена водами Таманского залива. Важным фактором является то, что глубина моря в акватории затопленной части не превышает 3 м. Поэтому под водой можно видеть не только многочисленные обломки античной и средневековой керамики, но и остатки сооружений, построенных из камня. Еще в 1970-е годы на берегу находилось значительное количество строительных бло­ков, архитектурных деталей и даже надписей. Позднее практически все камни были со­браны местными жителями для строительных нужд. Исследование находящихся под водой культурных напластований Фанагорийского городища важно не только само по себе. Датировка этих слоев, а также строительных объектов даст возможность внести значительный вклад в решение проблемы евстатических колебаний уровня Черного моря [Flemming N.C, 1992, р. 249].

      Подводные исследования в Фанагории, как известно, проводились еще экспеди­цией под руководством В.Д. Блаватского в 1958-1959 гг. [Блаватский В.Д., 1985, с. 167-173/221-227; Блаватский В.Д-, Кузищин В.И., 1961, с. 136-138; Блаватский В.Д., КошеленкоГ.А., 1963|. Было установлено, что граница затопленной части горо­дища проходила па расстоянии в 220 м, местами 240 м от современной береговой линии. В пределах этой территории грунт на морском дне довольно плотный, тогда как за ее пределами он очень мягкий. По подсчетам В. Д. Блаватского, под водой находится 15-17 га площади древнего города. Исследование культурного слоя в северо-восточном секторе затопленной части городища (в 185 м от уреза воды) с использованием грунто-соса показали, что он имеет толщину в данном месте около 1,3 м. Слой состоял из трех напластований: в самом верхнем из них были перемешаны находки от эпохи классики до средневековья, а два других датировались II в. до н.э. и IIIIV вв. до н.э. соответст­венно. 

          После работ В.Д. Блаватского подводные изыскания в Фанагории более не пред­принимались. В 1999 г. в рамках Фапагорийской экспедиции Института археологии РАН был создан отряд для осуществления подводных исследований в акватории затоп­ленной части городища [Кузнецов В. Д., Латарцев В. Н., 2001, с. 40-48]. Это стало воз­можным в результате научного сотрудничества между Институтом археологии и ЗАО Предприятие подводно-технических работ «Петр» (г. Воронеж, генеральный дирек­тор В.Н. Латарцев). При этом, техническое обеспечение мероприятий, связанных со всеми видами подводных работ, обслуживание техники и аппаратуры, контроль за спу­сками под воду осуществляется Предприятием «Пётр» под непосредственным руко­водством В.И. Латарцева.

         Главной задачей, поставленной в начале совместных работ, было гидроакустиче­ское обследование морского дна с целью составления батиметрической карты, а также испытание аппаратуры и разнообразной техники, в том числе созданной в ППТР «Пётр» специально для работ в Фанагории, для производства расчистки некоторых участков морского дна от ила и травы и шурфовки для определения мощности, состоя­ния и сохранности культурного слоя под водой, определения характера влияния моря па этот слой в течение многих веков. Начнем с описания той аппаратуры, приборов и другой техники, которые использовались в процессе наших работ.

          Для поисков древних объектов использовалась система, включающая в себя гидро­акустическую станцию (ГАС) Simrad MS-900, спутниковый навигационный плоттер Simrad RS-2 400, промерный цифровой эхолот Lorance 350 А с собственной системой GPS и электрогенератор фирмы Robin (229 в, 600 вт). Указанное оборудование было смонтировано на надувной лодке QuiksilveH30 грузоподъемностью 1000 кг под навес­ным мотором Suzuki мощностью 15 л.с.. Для фиксации наиболее интересных сонограмм (гидроакустических изображений рельефа дна), полученных с помощью ГАС Simrad, применялся портативный компьютер Fujitsu. Параметры поисковой сис­темы позволяли производить следующие операции.

         Работа в режиме бокового обзора обеспечивала получение сплошной сонограммы на двух каналах (левого и правого борта) одновременно или (по выбору оператора) на одном из каналов. Конструктивные особенности антенны бокового обзора, работаю­щей на частоте 330 кГц, позволяют получить на расстоянии до 100 м перекрытие участ­ков рельефа на каждом канале при условии, что антенна находится на высоте 10-12 м от дна. Исследуемый район характеризуется глубинами от 1 до 5 м. Данное обстоятель­ство сужает реальную ширину полосы обзора примерно до 30 м. Поэтому, исходя из конкретных условий, для работы была выбрана основная дистанция обзора в 25 м.

        Получаемая картина визуализировалась на жидкокристаллическом цветном дисп­лее и просматривалась оператором непосредственно при прохождении поискового гал­са в режиме реального времени. Одновременно оператор записывал всю информацию на магнитную ленту (для последующей обработки), в том числе и текущие географиче­ские координаты носителя (лодки), а также текущее время.

        Помимо режима локации бокового обзора ГАС Simrad MS-900 позволяет работать в режимах кругового (с углом по горизонту до 360°) и секторного обзора (с углом обзо­ра до 180° и ориентацией по азимуту от 0° до 360°). Для работы ГАС в указанных режи­мах используется специальная сонарная головка (антенна) с рабочей частотой 675 кГц, что обеспечивает повышение разрешающей способности как минимум в два раза. Огра­ничения по дальности приблизительно такие же, как и в случае с головкой бокового об­зора. На глубинах объекта (затопленной части городища) оптимальным остается диа­пазон 25 м.

         Описанные режимы, в отличие от локации бокового обзора, обеспечивают возмож­ность обследования дна со стоянки. Такой вариант необходим, когда требуется особо точная привязка носителя или обнаруженного объекта к геодезической базе. Кроме то­го, он позволяет произвести достаточное для фиксации объектов на плане количество измерений. Та же самая антенная головка (кругового и секторного обзора), при перемене ори­ентации ее оси с вертикальной на горизонтальную в режиме «узкий луч», обеспечивает получение сонограмм с изображением профилей дна и объектов па дне. В режиме «ве­ерный луч» головка позволяет получать детальные УЗВ-изображеиия лежащих в по­лосе обзора объектов с точность 3-5 см. Все режимы ГАС Simrad MS-900 обслужива­ются функцией «Электронная рулетка». Двумя курсорами, которые оператор может перемещать по полю изображения надисплее, можно замерять линейный размеры объ­екта, расстояние объекта до носителя или высотные отметки (точность измерений ±10 см).

       К дополнительным функциям гидроакустической станции можно отнести: -           «заморозку» изображения что дает возможность более внимательно рассмот­реть особо интересные сонограммы в процессе работ:

1. увеличительное окно;

2. изменение цветовой палитры;

3. изменение чувствительности и другие регулировки, обеспечивающие точную настройку аппаратуры при наличии помех для повышения четкости контраста между исследуемым объектом и посторонними предметами, растительностью и пр.  

      Навигационное обеспечение поисков осуществлялось GPS карт плоттером Simrad RS-2 400, входящего в систему гидроакустической станции автономным блоком. Точность определения местонахождения в системе геодезических координат невысока, по­грешность лежит в пределах 15 м, но на практике при благоприятных условиях удается получить точность ±10 м.

       К достоинствам данного прибора следует отнести возможность работы с электрон­ными картами С-МАР. В частности, нами использовалась электронная карта Таман­ского залива. Широкий выбор масштабных шкал карты давал возможность операторам заранее планировать поисковые галсы, вести непрерывную прокладку маршрута с по­мощью путевых точек в интервале от 10 до 100 м (расстояние между отдельными точ­ками), вводить б память прибора координаты обнаруженным объектов, а также решать целый ряд навигационных задач: удержание плавсредства на заданном курсе, повтор­ный выход в нужную точку с любого направления и т.д. Информация о координатах местонахождения носителя непрерывно поступает в гидроакустическую станцию, ото­бражаясь в специальных окнах меню управления, и записывается на магнитную ленту одновременно с сонограммой и данными о текущем времени.

        Дополнительно к ГАС Simrad MS-900 применялся цифровой эхолот Lorance 350 А с собственной системой GPS и выходом RS-232 для передачи данных по глубине и ко­ординатам на портативный компьютер. Последняя функция в данных работах не ис­пользовалась, и эхолот работал в качестве индикатора глубины под килем, поскольку при включении локатора бокового обзора под антенной образуется так называемая «мертвая зона», ширина которой равна расстоянию от головки до дна. Во время работы двумя каналами локатора ширина мертвой зоны при глубине 5 м составляет 10 м, поэ­тому наличие эхолота, показывающего изменения рельефа под килем плавсредства-но­сителя, как подтверждает наш опыт, крайне нежелателен. К числу достоинств цифро­вого эхолота следует отнести отображение донного рельефа на жидкокристаллическом дисплее. Минимальное разрешение по глубине, различаемое оператором на экране, ле­жит в пределах 2,5-4 см. Рабочая частота прибора 220 кГц. Обе антенные головки были смонтированы на общей траверсе на опускаемых по левому и правому борту штангах, что обеспечивало оперативный переход с одного режима на другой.

          Надувная лодка Ouiksilver 430 с точки зрения ее эксплуатации на мелководье Та­манского залива, безусловно, очень удобна. Однако ее чрезмерная чувствительность к волне вносила серьезные помехи в работу аппаратуры: поскольку антенные голоски за­креплены на корпусе жестко, то качка вызывала определенные искажения на сонограммах. в связи с чем наиболее оптимальным временем для работ были либо ранние ут­ренние часы, либо поздний вечер (при условии отсутствия сильных ветров),

            В отношении методики гидроакустического обследования акватории прежде всего следует отметить, что общие условия в акватории затопленного городища (развалы камней, остатки строений, буйная растительность и т.д.) нельзя отнести к благоприят­ным для обнаружения строительных объектов из камня методами гидроакустики. Ма­териал искомых и уже обнаруженных античных объектов в основном органического происхождения (известняк, ракушечник, мрамор). Фон донной поверхности сходен по генезису: известняковый щебень, ракушка, кальцинированный песок. В этих усло­виях коэффициент отражения ультразвука от придонного фона и от интересующих пас объектов имеет одинаковое значение, вследствие чего на сонограмме идет сплошная фоновая засветка, маскирующая полезный сигнал. Это усложняет выявление операто­ром объекта, отражающая часть которого лежит в плоскости донного грунта или лишь незначительно выступает из него и не дает на сонограмме явно видимой ультразвуковой «тени». Значительные затруднения для операторов ГАС создавала и солнечная засвет­ка экрана.

       Другим фактором, усложняющим работу аппаратуры, являлось то, что морские во­доросли, выделяющие кислород, опутаны тиной, в которой скапливаются мелкие час­тицы ила, в свою очередь отражающие ультразвук, Это создает пассивные помехи для локатора подобно полоскам фольги, которые раньше сбрасывали с самолетов специ­ально для создания помех. Тем не менее параллельное с приборным водолазное обсле­дование помогло установить, что определенные виды водорослей предпочитают произрастатъ на каменных блоках или на развалах камней, повторяя их контуры. Опытным путем были выявлены различия в сигналах, получаемых от растительности разных ти­пов. В дальнейшем это облегчило процесс распознания полезных объектов.

        Следует отметить, что существуют определенные противоречия в выборе парамет­ров ГАС при работе на археологических объектов типа городища Фанагории. С одной стороны, небольшая глубина и насыщенность объектами поисков из однородных с дон­ным грунтом материалов делают желательным применение высокочастотных сонарных головок (с несущими частотами 600- 1200 кГц), позволяющих получать сонограммы, по разрешающей способности приближающиеся к крупнозернистым фотографи­ям. С другой стороны, при подобной чувствительности антенн, наличие насыщенных кислородом и твердыми взвешенными частицами или крупных растительных массивов (воздух с иловыми взвесями сильно отражает УЗВ-сигнал) создает серьезные помехи, маскирующие, а в ряде случаев просто забивающие полезный сигнал.

         В связи с этим оптимальной представляется работа с в/ч головками в весенний пе­риод, в начале апреля, когда после зимних штормов и паводка из акватории течением уносит значительные иловые массы, водоросли ешё растут, и устанавливается относи­тельно спокойная погода. Влияние водорослей может быть частично устранено исполь­зованием низкочастотных сонарных головок (с частотой около 100 кГц), но тогда раз­решающая способность гидролокатора упадет до десятков сантиметров и аппаратура будет пригодна только для обнаружения объектов протяженностью в десятки метров, что в нашем случае маловероятно.

        Теперь кратко опишем организацию работ по грунтоуборке, оборудование и водо­лазное снаряжение и технологию грунтоуборочных и подъемных работ. Главная зада­ча здесь состояла в том, чтобы «подобрать» оборудование, необходимое для производ­ства подводных раскопок и отработать методику и технологию грунтоуборочных и подъемных работ. Реализация этой задачи потребовала проведения ряда инженерных разработок для создания технических средств, предназначенных для осуществления подводных археологических работ. Для этой цели был разработан и изготовлен комп­лекс из двух специализированных плавсредств: водолазной платформы, пригодной для транспортировки (ТВП), и подъемника, предназначенного для поднятия больших каменных блоков и транспортировки их на берег. Спуск платформы на воду производится по специальному наклонному стапелю, по нему же осуществля­ется и обратная ее загрузка из воды в кузов грузового автомобиля.

        Платформа собственного движителя не имеет, но легко перемещается но мелко­водью к месту работы и обратно силами членов экспедиции. Благодаря значительному весу (около 4 т) платформа оказалась нечувствительной к обычной на мелководье за­лива зыби (до 0,5-0,7 м). Последнее качество ТВП натолкнуло ни интересную идею: попытаться использовать данную или подобную платформу как судно-носитель гидро­акустической аппаратуры, оснастив ее мотором, движительной установкой и подрули­вающими устройствами для повышения маневренности в условиях мелководья.

         Вторым плавсредством, специально изготовленным для обеспечения поставлен­ных задач, был подъемник катамараиного типа, максимальной грузоподъемностью 1300 кг. Плавучесть достигалась применением резиновых надувных емкостей, механи­ческая прочность — за счет двух платформ рамной конструкции, соединенных двумя арками, воспринимающими все нагрузки. Размеры и вес всех элементов подъемника позволяют команде из двух человек быстро произвести сборку конструкции и спуск ее на воду. Необходимым дополнительным модулем являлась двухсекционная фильтру­ющая сетка, на которой происходила разборка археологического материала, поступа­ющего вместе с пульпой со дна при уборке данного грунта эжектором. Двухсекционность фильтра позволяет оперативно переносить струю пульпы на свободную секцию и спокойно работать с накопившимся на первой секции материалом.

       Извлечение объектов на подъемник производится ручной тросовой лебедкой, за­крепленной на грузовой балке. После выхода объекта из воды под него подкладывают-ся доски, и в таком виде объект транспортируется к берегу. Таким образом были под няты на поверхность для обследования, обмеров и фотографирования барабаны ко­лонн, большой мраморный блок массой более 600 кг и некоторые другие строительные блоки. После завершения работ поднятые на поверхность камни были возвращены на прежнее место на дне залива. Грунтоуборочное оборудование включает в себя дизельный напорный водяной на­сос СНП-45/70 производительностью 270 м2/час при максимальном давлении воды на выходе 8 атм. Этой производительности с большим запасом хватает для обеспечения работы гидроэжекторов и гидромониторов. При экспериментальных работах в Фанагории нами применялись три типа разработанных в ППТР «Петр» гидроэжекторов (грунтососов), имеющих разные входные сечения и, соответственно, разную произво­дительность. Это давало возможность подходить к решению различных задач диффе­ренцированно.

          Самый мощный гидроэжектор имеет диаметр входного патрубка равный 100 мм и максимальную производительность на чистом песке до 50 м3/час. Общим для всех трех типов эжекторов являлось то, что они могли работать с длинной выхлопной магист­ралью. Это позволяет установить фильтрующую сетку на достаточном расстоянии от места производства работ и не замывает его. Так, на одном из участков в центре затоп­ленной части городища в качестве эксперимента грунтососом был убран верхний слой ила и песка толщиной 20-25 см. Целью этой первичной грунтоуборки была очистка ис­следуемого участка от растительности, песчаных и иловых наносов с тем, чтобы повы­сить контраст между каменными блоками и донным фоном для гидроакустической съемки, а также понять, на чем находятся камни и почему они не погрузились в песок. После снятия верхнего слоя, содержащего в себе большое количество кальциесодержащего щебня, костей животных, окатанных черепков и мелких камней, было установле­но, что крупные обработанные каменные блоки лежат на слое камней средних разме­ров. При расчистке на данном участке мелкие объекты с потоком воды транспортиро­вались на фильтрующую сетку, а более крупные выбирались вручную и передавались па поверхность. Необходимости в дополнительном рыхлении грунта не было, так как последний относился к 2-3 категории (по классификатору грунтов, применяемому в гидротехническом строительстве). После первичной зачистки было произведено фото­графирование объектов.

             Организация и технология водолазных работ. Водолазные работы были организо­ваны в соответствии со стандартными требованиями, принятыми в гидротехническом строительстве. Из-за малой глубины водолазы в основном работали в воздушно-балонном снаряжении с открытой схемой дыхания. При работах на большей глубине водолаз менял снаряжение на гидрокостюм сухого типа и шлем SL-17, снабженный громкого­ворящей связью. Это позволяло оперативно обмениваться информацией и вырабаты­вать тактику, соответствующую обстановке. Одновременно погружались вспомога­тельные водолазы в «мокрых» гидрокостюмах и легководолазном снаряжении. Они осуществляли по указаниям руководителя спусков выборку материала, остропку тяже­лых объектов и т.п. Все водолазные работы были проведены успешно, без каких-либо происшествий.

       Воздухоснабжение производилось зарядкой баллонов компрессорами высокого давления. В качестве альтернативного варианта, с учетом малых глубин, планируется перейти на шланговое обеспечение воздухом компрессорами низкого давления с элек­троприводом. Будет также применяться батарея 40-литровых баллонов высокого дав­ления с понижающим редуктором в качестве аварийного источника обеспечения возду­хом.

           Во время работ использовалась подводная видеокамера Sony-TR-З с широкоуголь­ной насадкой и осветителями. Высокое качество изображения в стандарте Hi-8 и цвет­ной видеомонитор позволяли оперативно просматривать подводные записи и вносить необходимые коррективы в ход работ. Весьма необычным и интересным был опыт при­менения вертолета Ka-26, любезно предоставленного Темрюкским ТУЭГ Предприятия « Мострансгаз». Было совершено два пролета вдоль береговой полосы над затопленной частью Фанагории. Одновременно велась видеозапись поверхности акватории. Пер­вый пролет окончился неудачно: в момент съемки дул сильный ветер и волновая рябь не позволяла зафиксировать объекты на дне залива. Во время второго пролета на объ­ективе был установлен поляризационный фильтр. В результате удалось получить ви­деоизображение нескольких объектов, напоминающих своими очертаниями искусст­венные сооружения.

         Подводя итоги, можно вполне определенно сказать, что все оборудование и аппа­ратура, прошедшие испытания в экспедиции, полностью соответствуют условиям ра­боты на затопленной части Фанагорийского городища и после небольших доработок способны обеспечить эффективность дальнейших подводных археологических иссле­дований.

             Одной из задач, поставленных нами перед началом подводных исследований в Фа­нагории, было проведение гидроакустического обследование морского дна в акватории затопленной части городища для обнаружения каких-либо древних объектов (стены зданий, мостовые, отдельные камни и т.д.). Для начала, с целью привязки донного рельефа к поверхности наземной части городища было обследовано побережье и вы­бран основной (нулевой) репер в 5 м от берега напротив двух винодельческих цистерн, раскопанных И.Е. Забелиным в 1872 г. (номер 12 на карте Я.М. Паромова [Паромов Я.М., 1993, с. 123]). На месте нулевого репера в донные отложения на глубину 1 м бы­ла забита железная труба, возвышающаяся над грунтом на высоту около 1 м. От нуле­вой точки в направлении восток-запад с отклонением по азимуту 120 была пробита ба­зовая линия. Отклонение от параллели объясняется стремлением протянуть базовую линию вдоль линии берега. По базовой линии через каждые 50 м были выставлены вспомогательные реперы, получившие порядковые номера от нулевого репера (напри­мер, западный 1, западный 2, восточный 1, восточный 2). Все измерения па акватории производились от базовой линии и нулевого и вспомогательных реперов.

        На расстоянии 120 м от базовой линии, а на отдельных участках и на расстоянии 180 м от нее, зоны инструментальной и сонарной съемки рельефа дна взаимно перекры­ли друг друга, в результате чего появилась возможность проверить точность обоих ви­дов топосъемки. Оказалось, что сонар допускает некоторые отклонения по глубине (0,05-0,10 м) по сравнению с данными инструментальной съемки. Это объясняется тем, что УЗВ-сигнал проходит сквозь легкие донные отложения до более плотных или­стых слоев, а прибор воспринимает дно только с уровня залегания последних. Однако в целом удалось убедиться в высокой точности обоих методов съемки рельефа дна.

          Методика проведения сплошной гидроакустической съемки акватории городища, выполняемая локатором бокового обзора ГАС «Simrad-MS 900» была таковой. От крайних реперов в море были выставлены буи, через каждые тридцать метров на дис­танцию 270 м. Предварительно GPS-координаты буев были внесены в навигационную программу для создания сетки галсов, по которым должен был перемещаться носитель аппаратуры. Для получения оптимальных углов отражения ультразвука от донных объектов направление сканирования было ориентировано от мористой части дистан­ции к берегу, при движении носителя параллельно базовой линии. Для дальнейшего монтажа мозаики всей акватории городища из сонограмм отдельных проходов, на бе­регу около каждого репера находился дежурный, который при каждом проходе носи­теля в створе репера подавал сигнал. Получив сигнал, оператор сонара вводил услов­ные метки (event mark) в поле сонограммы.

        По результатам гидроакустической съемки общая картина дна выглядит следую­щим образом. Вся поверхность дна в акватории затопленной части Фанагории делится па три основные зоны: прибрежную западную, прибрежную восточную и мористую. Прибрежная западная зона представляет собой довольно ровное плато с постепенным понижением дна, отрезанное от берега длинным прямым узким оврагом, протянувшим­ся параллельно базовой линии с востока на запад па расстоянии 120 м от нее и выходя­щим устьем на запад. Глубина 0,6-1 м. Прибрежная восточная зона несколько выше прибрежной западной зоны (глубина 0,4-0,8 м). Она выдается мысом на север (мористее) и резко обрывается на востоке и на севере. Мористая зона затонувшей части горо­дища также представляет собой ровное плато и имеет глубины 1,8-2,5 м. Поверхность дна покрыта отдельными ямами и крупными камнями.

         Кроме того, расшифровка полученных сонограмм после их совмещения показала:

-           наличие на дне, особенно в мористой части, в пределах и за пределами границы
городища по В.Д. Блаватскому, ранее не обнаруженных значительных по размерам объектов как правильных, так и неправильных форм. Не исключено, что речь идет об остатках каких-либо строений. Объекты требуют дополнительного визуального осмот­ра и обследования;

-                      присутствие прямоугольных площадок, окаймленных зарослями травы. Визуальный водолазный осмотр одной из таких площадок зафиксировал углубление пра­вильной прямоугольной формы, заполненное жидким илом — рука водолаза уходила в него по плечо. Однако по краям грунт был плотный, поросший красными водоросля­ми — цистозерой, которые, по нашим наблюдениям, обычно растут в Таманском зали­ве на камнях, не закрытых грунтом.

          К сожалению, сонарная съемка четко не выявила отдельных каменных блоков или их скоплений по двум причинам: во-первых, 330 кГц — антенна плохо приспособлена для работы на малых глубинах, а во-вторых, в июле месяце, когда велись работы, все дно было покрыто зарослями камки и другими водорослями, маскирующими объекты и гасящими отраженные УЗВ-сигналы. Кроме того, следует учитывать и тот факт, что затопленные культурные напластования покрыты сверху довольно плотным грунтом, намытым в результате деятельности моря в течение многих столетий, В некоторых ме­стах толщина этого грунта достигает 0,7 м. Под собой он скрывает строительные объ­екты, отдельные камни и других древние предметы, препятствуя, таким образом, их обнаружению при помощи гидроакустической аппаратуры.

        Пожалуй, важнейшей задачей па первоначальном этапе подводных исследований было составление батиметрической карты затопленной части Фанагории. Для этой це­ли использовался эхолот «Lorans 350 А», которым осуществлялись промерные работы в автоматическом режиме. Кроме того, с целью увязки полученных данных со стандар­тными картами ГУНиО (МО СССР) на предприятии «Пётр» была разработана про­грамма оцифровки поля полученной с эхолота «Лоране» промерной карты и наложе­ния ее на стандартную карту. Полученные экспериментальные данные послужили ос­новой для создания пока еще не очень подробной батиметрической карты и трехмерной модели дна в зоне затонувшей части Фанагорийского городища. Но техно­логия компьютерной обработки результатов промеров в совмещенном с GPS-программой режиме позволяет в скором времени получить исключительно точную батиметрию и трехмерные модели дна в акватории городища Фанагория.

          Для сбора массива информации, который мог бы обеспечить полноту картины под­водного рельефа и наглядно продемонстрировать наиболее интересные для дальнейше­го визуального и приборного подводного обследования зоны акватории, был выбран участок южного побережья Таманского залива длиной 2300 м (от восточной границы городища до пос. Приморский) и шириной от уреза воды в море 800 м. Выбор такого большого участка помимо главной задачи определялся еще и стремлением зафиксиро­вать (в случае удачи) на будущей батиметрической карте фанагорийский порт, либо в худшем случае участки, наиболее удобные для его расположения.

           Носитель, оснащенный эхолотом и спутниковой навигацией, перемещался вдоль берега но заранее намеченным галсам с интервалом в 10 метров (береговая линия обоз­начена в соответствии с данным спутниковой навигации из-за того, что приборные за­меры глубин на уровне менее 0,6 м невозможны по физическим причинам из-за сильной донной реверберации ультразвука). Затем проходы осуществлялись в направлении, перпендикулярном берегу с такой же сеткой. После чего более интенсивно в различных направлениях сканировался район развала камней (о котором речь пойдет ниже). Та­кая методика определялась задачей набрать как можно больше промерных точек для дальнейшей обработки массива информации при помощи программы «Серфер». Обработка полученных данных производилась в стационарных условиях на компьютерной рабочей станции «Микрон».

            Крайняя западная часть обследуемой акватории (приблизительно 1 /5 всего участ­ка в районе, прилегающем к пос. Приморский) на батиметрической карте выглядит до­вольно плоской, мелководной в прибрежной зоне, глубины здесь до 1,2-1,4 м. Это мел­ководье простирается от уреза воды в море па расстояние около 300-350 м. Затем при­мерно после полутораметровой изобаты следует крутой свал до глубин 3,2-3,4 м, далее в море глубина незначительно понижается до отметки 3,8м. Подводный склон ровный, неизрезанный. Далее на восток мелководье начинает сужаться, дно ровное, после мет­ровой изобаты начинает заметно понижаться до отметки 2,9-3,1 м, а затем обрывается до 3,7 м.

          Картина заметно меняется от предполагаемой западной границы Фанагории (на ба­тиметрической карте она примерно совладает с западным концом базовой линии) к во­стоку. Дно становится более изрезанным, после метровой изобаты видны своеобразные расщелины и всхолмления, которые от середины обследуемого участка начинают вы­тягиваться в море в направлении на север, или северо-восток, образуя все более длин­ные подводные мысы. Отчетливо прослеживается впадина в том месте' где на батимет­рической карте показан значок нулевого репера. Она является продолжением лощины, соединяющей на суше нижнее плато городища с верхним. Глубины вдоль холмов рас­пределяются следующим образом: у их основания, там, где ровное плоское дно начи­нает всхолмляться, проходит метровая изобата; в средней части холмов глубина колеб­лется от 1,8 до 2,2 м; на оконечностях мысов глубина достигает от 3,2 до 3,4 м. За око­нечностями мысов глубина составляет 3,6-3,8 м. Можно считать, что изобаты с этими значениями показывают уровень дна на расстоянии около 400 м от уреза воды. Ширина мелководья (1,0-1,2 м) в восточной части обследуемой акватории, то есть, фактически в границах затопленного городища, сокращается до 150 м от уреза воды.

         Холм с развалом камней продолжается в море в указанном направлении мелко­водьем с цепью локальных поднятий морского дна (банок), которое на расстоянии 450-500 м от уреза воды круто поворачивает в западном направлении, образуя некое подобие лагуны. Внутри «лагуны» глубины составляют 3,6-3,8 м, ширина ее в самом широком месте — около 200 м, в самом узком — 100 м. Дно «лагуны» точно совпадает с восточной границей наземной части городища, с берега вплотную к ней подходит и опускается в залив древняя дорога. Итак, на всей акватории протяженностью вдоль ли­нии берега около 2300 м, включая участок, занятый городищем Фанагория, имеется только один район, подводная топография которого может быть с большой или мень­шей долей вероятности рассмотрена в качестве Фанагорийской гавани или порта. Вся остальная территория этой части залива имеет ровное дно с двумя господствующими изобатами 3,6 и 3,8 м. Косвенно версия о наличии гидротехнического сооружения под­тверждается сонограммой, полученной локатором бокового обзора в указанном районе (см. отчет за 2000 г.). На сопограмме в северо-восточной части той же акватории (в границах «лагуны» или цепочки банок) отчетливо видны несколько прямоугольных объ­ектов, а также заросли водорослей тех видов, которые в Таманском заливе растут на камнях или развалах щебня. Пространство же между зарослями представляет собой уг­лубление с неправильными очертаниями, заполненное жидким илом. Возможно, что это остатки входного канала гавани. Для проверки необходимо производство дополни­тельных исследований.

        В самой восточной части батиметрической карты, справа от только что описанной лощины, находится большой развал камней (о котором мы будем вскоре говорить). Сейчас же отметим только его местоположение рядом с лощиной, которая в древности представляла собой улицу (как показали исследования начала 1980-х гг. на раскопе «Южный город», где эта лощина выходит за пределы города в направлении г. Май­ской).

        Итак, батиметрический анализ обследованной территории дает нам основание го­ворить более точно о границах затопленной части Фанагории. Во-первых, западная граница городища, за которую традиционно принимают глубокую лощину (между но­мерами 27 и 84 по карте Я.М. Паромова), совпадает с всхолмлениями под водой (на­против западного конца базовой линии на батиметрической карте). Во-вторых, северная граница города по всей видимости проходит примерно по изобатам 2,7—2,9 м, после которых начинается довольно заметное понижение морского дна до 3,7 м. Таким обра­зом, затопленной частью Фанагории можно считать полосу, закрашенную на батимет­рической карте разными оттенками желтого цвета, шириной от 200 м (на востоке) до 270 м (на западе). Длина этой полосы, которая (длина) одновременно является длиной городища с востока на запад, равна примерно 1 км. Отсюда следует, что размеры за­топленной части Фанагории колеблются в пределах между 20 и 25 га. Эта площадь за­метно больше той, которая была вычислена в результате подводных исследований экс­педиции под руководством В. Д. Блаватского. Соответственно, общая площадь Фана­гории также должна быть увеличена (не менее 60 га).[ii]

        В отношении поднятия уровня моря за последние примерно две с половиной тысячи лет на основе наших подводных исследований в Фанагории можно говорить о том, что такое поднятие вряд ли превышало отметку в Зм [Никонов А. А., 1998, с. 64].[iii] В 1997 г. при обследовании морского дна в восточной половине акватории затоп­ленной части городища был обнаружен большой развал камней. В 1999 г. была начата расчистка этого развала с применением грунтососов. Расчищаемый участок имеет мак­симальные размеры 40 х 17,5 м. Он был привязан к базовой линии и сориентирован с учетом ее расположения. Длинная сторона расчищенного участка располагалась пер­пендикулярно базовой линии, ориентированной с северо-востока на юго-запад. Юго-западный угол участка расположен в 120 м к северу отбазоной линии и в 160 м по базо­вой линии к востоку от нулевого репера.

           Технологически последовательность расчистки от водорослей и грунтоуборочных работ была такова: первоначально ножом, струей воды из гидромонитора и руками счи­щались водоросли с поверхности крупных камней, затем илистая взвесь и водоросли с поверхности дна убирались гидроэжектором. После первичной расчистки были зафик­сированы крупные объекты (блоки, архитектурные детали), появившиеся из-под во­дорослей. Для съемки плана развала камней весь участок был разбит на квадраты (] х 1) м2, производились замеры глубин залегания всех крупных блоков и индивидуальных находок. Все камни (как крупные, так и мелкие) и индивидуальные находки наносились на план. Фотографирование отдельных объектов, а также виде­осъемка производилась настолько, насколько позволяла видимость. Все крупные кам­ни получили свою нумерацию.

        Развал камней вытянулся в меридиональном направлении на 36 м. Его ширина в северной части составляла 5м, «середине — 10м, в южной части - 8м. Развал состоит более чем из полусотни больших строительных блоков и фрагментов, мелких камней, архитектурных деталей и обломков статуй. В 22 м от северного края расчищен­ной площадки наблюдается некоторое повышение уровня илистых пород, вытянув­шихся вдоль берега в виде валика, шириной 4 м. На этом участке камней практически не видно из-под ила.

          Перечислим некоторые из наиболее интересных находок. Среди них четыре бара­бана колонн. Два из них находились в северной части площадки. Первый барабан колонны (К-1) располагался в 2,3 мот северного края расчищенной площадки, примыкая к ее восточному краю. Его диаметр 0,84-0,82 м, высота 0,26 м, часть бараба­на отколота. Глубина от поверхности воды — 1,7 м. Второй барабан колонны (К-2), диаметром 0,82-0,78 м высотой 0,23 м, лежал в 2,7 м от северного края расчищенной площадки и в 3,5 м от ее восточного края. Глубина от поверхности воды — 1,7 м. Тре­тий барабан колонны (К-3) найден в южной части развала камней в 8,2 м от южного края расчищенной площадки и в 4 м от ее восточного края. Верхний диаметр третьего барабана — 0,96 (нижний диаметр был недоступен для измерений), высота 0,26 м. Глубина от поверхности поды - 1,5м. Четвертый барабан колонны (К-50) был найден в 2,5 м к югу от барабана колонны К-3. Его диаметр по верхней грани 0,78 м (нижний диаметр был недоступен для измерений), высота 0,26 м, часть барабана отколота. Глу­бина от поверхности воды — 1,7 м. Глубина от поверхности воды — 1,25 м. Все обна­руженные барабаны колонн сделаны из известняка.

         Кроме того, были найдены фрагменты других архитектурных деталей (карнизы, архитравы, база колонны), строительные блоки, в том числе мраморные, с пиропами, обломки мраморных статуй и постаменты под них. Поскольку строитель­ные блоки и архитектурные детали были сделаны из разных пород камней (известняк, мрамор, ракушечник), можно уверенно говорить о том, что они принадлежали не­скольким зданиям, по крайней мере два из которых были общественными. Первому из них принадлежали неканелированные барабаны колонн, диаметр которых говорит о том, что здание было весьма большим. Ко второму зданию относились блоки из мрамо­ра, один из которых имеет весьма крупные размеры (1,4x0,7 х 0,3 м). Они свидетель­ствуют о том, что в Фанагории (по всей видимости в эллинистическое время) находи­лось здание из мрамора, скорее всего храм. Это дает нам основание скептически отне­стись к мнению С.Д. Крыжицкого о том, что «целых мраморных храмов в Северном Причерноморье не было вообще» [ КрыжицкийС.Д., 1993, с. 72]. В связи с исследуемым развалом камней следует обратить внимание па следующий факт. Экспедицией В. Д. Блаватского было проведено довольно тщательное обследова­ние акватории затопленной части городища. Однако этот развал не был зафиксирован. С другой же стороны, исследователи отметили наличие значительного развала камней в северо-западной части затопленного участка городища, который не был до сегодняш­него дня обнаружен нашей экспедицией [Блаватский В.Д., Кузищин В.И., 1961, с. 137-138]. Чем это можно объяснить? Отвечать на этот вопрос до проведения специ­ального исследования, видимо, было бы преждевременно. Тем не менее, можно пред­положить, что камни исчезли с поверхности морского дна в результате деятельности моря. Другими словами говоря, каменные блоки, находящиеся в культурном слое на мелководье, то размываются морскими штормами, то вновь затягиваются илом и зара­стают травой. Во всяком случае, при погружении в ветреную погоду и при удовлетво­рительной видимости можно наблюдать, как камни средних размеров па морском дне раскачиваются водой и постепенно вымываются из грунта.

          Одновременно с работами по изучению дна Таманского залива с помощью аппара­туры производились и погружения водолазов в легком снаряжении в различных точ­ках затонувшей части городища. В результате этих погружений был обнаружен желез­ный турецкий якорь-кошка XVII-XVIII вв. (в 173 м. от нулевого репера и в 195 м. от во­сточного-3 вспомогательного репера). На одном конце его квадратного в се­чении веретена было 4 лапы (2 обломаны), на другом конце — кольцо для привязыва­ния каната. В 120 м от берега напротив западного-7 вспомогательного репера был обна­ружен каменный якорь. Якорь представляет собой прямоугольник из ракушечника с поперечной перемычкой посередине.

      С целью привязки к базовой линии объекта, похожего на затонувший мотобот и об­наруженного сонаром в 1999 г, было произведено его новое эхолокационное и допол­нительное визуальное обследование. Объект действительно оказался современным мо­тоботом. Он лежал кверху килем, который был ориентирован с северо-запада па юго-восток (винт в 395 м от пулевого репера и в 203 м от восточного-6 вспомогательного ре­пера). Обшивка мотобота разрушена. Длина киля — 23 м, ширина судна по шпангоу­там — 4 м.

        Теперь обратимся еще к одному важному вопросу — о состоянии культурных на­пластований под водой. На месте развала камней некоторые блоки довольно глубоко

уходили в грунт. Во время их расчистки пришлось переместить при помощи грунтососа довольно много земли, в результате чего образовалась глубокая яма. Для того, чтобы определить мощность культурного слоя в данном месте, было решено продолжить эту яму до материка. Эти работы показали, что мощность культурного слоя здесь достигает 1,8 м. К сожалению, не удалось разделить слой на отдельные культурные на­пластования и датировать их. Этому препятствовало два обстоятельства. Первое за­ключалось в том, что цвет и структура грунта практически не различимы на протяже­нии всей толщи слоя. Он представляет собой песчанообразную, несколько заиленную массу серого цвета. Второе обстоятельство состояло в том, что небольшие размеры шурфа и его постоянно осыпающиеся борта не дали возможности собрать необходимое количество археологического материала для датировок. Кроме того, следует обратить внимание на такой важный момент: в толще культурного слоя по всему периметру шур­фа встречено несколько слоев ракушек. Это наводит на мысль о том, что весь слой пе­реотложен, перемешан. Такое могло произойти, например, в результате действия осен-не - весенних штормов, размывавших и перемешивавших в течение многих столетий культурный слой. В связи с этим, может быть не случайным является тот факт, что практически все камни исследуемого развала находятся на поверхности слоя, а не за­глублены в него?

         Даже если это предположение и верно, то это не означает, что весь слой в затоплен­ной части городища размыт и перемешан. Ближе к берегу, на глубинах в несколько де­сятков сантиметров он полностью сохранился. Об этом свидетельствуют каменные кладки «in situ», которые отчетливо видны во многих местах. Не исключено, что разру­шительная деятельность моря возможна только на определенных глубинах (например, от 1 м и глубже), на которых и находится развал камней, С другой стороны, возможно, что описанное явление носит локальный характер; исследуемый участок по какой-то причине не закрыт плотным слоем грунта, о котором мы писали выше и который был зафиксирован экспедицией В. Д. Блаватского. Этот грунт покрывает практически всю акваторию затопленной части городища, защищая тем самым культурные слои от раз­рушения. Для разрешения этой весьма важной для изучения состояния культурных на­пластований и их датировок проблемы в будущем необходимо заложить не менее двух шурфов, борта которых в процессе раскопок должны быть тем или иным способом ук­реплены.

        Таким образом, в результате четырехлетних работ в затопленной части Фанагорийского городища была создана батиметрическая карта исследуемой акватории, отрабо­таны методики подводных раскопок с применением грунтососов, получены интересные данные о состоянии культурного слоя под водой. Предстоящий этап исследований дол­жен характеризоваться более широкими работами оп расчистке поверхности слоя от ила и наносного песка с целью открытия новых строительных объектов для датировки времени затопления древнего города. Предполагается также проведение сплошной ви­деосъемки всей акватории городища, для которой в ППТР «Петр» создана подводная ТВ-система с блоком ввода в поле изображения текущих координат точки съемки. Кро­ме того, ведется подготовка к выполнению работ по магнитной геофизической съемке затопленной части городища и создания таким образом его магнитометрической карты. Возможно, совмещение этой карты с ранее выполненной батиметрией даст новый инте­ресный материал для исследований. 

Список литературы:

  1. Беренбейм Д.Я., 1959. Керченский пролив во времена Страбона в свете новейших данных об изменении уровня Черного мори // СА. 4.
  2. Блаватский В.Д., 1985. Античная археология и история. М.
  3. Блаватский В.Д., Кузищин В.И., 1961. Подводные разведки в 1958г. //КСИА. 83.
  4. БлаватскийВ.Д., Кошеленко Г.А., 1963- Открытие затонувшего мира. М.
  5. Крыжицкий С.Д., 1993. Архитектура античных государств Северного Причерноморья. Киев.
  6. Кузнецов В.Д., Латарцев В.И., 2001. Подводные исследования в Фаиагории //Наука о России. 5
  7. Никонов А.А., 1998. Затопленные остатки античных сооружений по берегам Боспора Киммерийского (в связи с проблемами изменении уровни моря) // РА. 3.
  8. Паромов Я. М., 1993. Археолого-топографический план Фаиагории // БС. 2. М.
  9. Flemming N. С., 1992. Predictions of Relative Coastal Sea-level Change in the Mediterranean Based on Archaeological, Historical, and Tide-Gauge Data // Climatic Change and the Mediter­ranean. Environmental and Societal Impacts of Climatic Change and Sea-Level Rise in the Medi­terranean Region. Ed. by L. Jeftic, J.D. Milliman and G. Seslini. London-Boston-Sydney-Auck-land.
  10. Flemming N.C., Webb CO., 1986. Tectonic and Eustatic Coastal Changes During the last 10,000 Years Derived from Archaeological Data // Dating Mediterranean Shorelines. Ed. by A. Ozer and C. Vita-Finzi. Berlin-Stuttgart.
  11. Kondrashav A., 199'j- Underwater Investigations at Cape Panagia on the Taman Peninsula, Straits of Kerch // The International journal of Nautical archaeology. 24.2.
  12. Pirazzoli P. A.. 1988. Sea-Level Changes and Crustal Movements in the Hellenic Arc (Greece). The Contribution of Archaeological and Historical Data // Archaeology of Coastal Changes. Pro­ceedings f the First Internationa! Symposium «Cities on the Sea-Past and Present». Ed. by A. Raban. BAR International Series 404. London
  13. Stefan A,- S., 1987. Evolution de la cote dans la zone das bouches du Danube Durant I'an-tiquite // Deplacement des lignes de rivage en Mediterranee d'apres les donnces de I'archcologie. Paris.
    


[i] Подводные работы выполнены при финансовой поддержке РФФИ

[ii] Исследования по составлению батиметрической карты к востоку от Фанагории будут продолжены в следующих полевых сезонах.

[iii] В.Д. Влаватский считал, что речь идет не менее, чем о 4 м [Блаватский В, Д., 1985. с, 169]; ср.: [Беренбейм Д.Л., 1959. с. 42,44; Kondrashov А., 1995, р 110]. Естественно, в разных частях Средиземноморского бассейна евстатические колебания уровня моря небыли одинаковыми и зависели в каждом случае от ряда факторов Iflemmino N.C., Webb CO., 1986, p. 23; Stefan A.- S-, 1987, p. 208; PirazzoIiP.A., 1988. p. 171 ff.J,
 
 
« Пред.   След. »
© 2017 Московский Подводно-Археологический Клуб
Joomla! is Free Software released under the GNU/GPL License.