Московский Подводно-Археологический Клуб
Главное меню
Главная страница
Законодательство
Фотогалерея
English version
Обратная связь
Помощь проекту
Экспедиции
Библиотека
Литература
Наука
Публицистика
Самиздат
Журнал "Вопросы подводной археологии"
Последние новости
Популярное
Кузнецов В.Д., Латарцев В.Н., Колесников А.Б. Предварительные замечания о портовых сооружениях Печать

Кузнецов В.Д., Латарцев В.Н., Колесников А.Б. Предварительные замечания о портовых сооружениях в Фанагории.

 

Древности Боспора № 9. Москва, 2006

 

       В 2005 году Таманской экспедицией ИА РАН совместно с предприятием подводно-технических работ «Петр» (Воронеж) были продолжены подводные исследо­вания в Фанагории.[i] В соответствии с планом проводилось аппаратное и визуаль­ное обследование акватории затопленной части городища. Основное внимание уделялось работам на западной окраине затопленной части городища, где в 2004 г. подводником С. Пугачевым был обнаружен мраморный постамент под ста­тую Савромата II с десятистрочной надписью, рядом с которой несколько дней спустя была найдена посвятительная надпись Аспурга [Кузнецов, 2006].        

Раскоп находится примерно в 160 м от уреза воды и в 375-380 м от юго-запад­ного угла верхнего плато городища. Раскоп площадью 54 кв. м разбит по странам света. Первоначально его площадь составляла 225 кв. м (15 х 15 м). Одна­ко вскоре после начала работ стало ясно, что если расчистить всю его площадь от песка еще возможно, то для изготовления надлежащего плана всех открытых строительных остатков времени будет недостаточно. Это объясняется просто: работа архитекторов под водой продвигается намного медленнее, поскольку на­несение строительных объектов на план под водой требует большего времени, чем на суше. Кроме того, скорость расчистки раскопа лимитировалась техникой безопасности — опускаться глубже нижней кромки камней, многие из которых весьма крупных размеров, было опасно из-за возможности обвала. Для раскопок использовали два работающих одновременно гидроэжектора, которые обслужи­вались двумя сменами подводников, по два человека в каждой смене.           

Морское дно в данном месте представляет собой слой песка толщиной 0,3-0,5 м. Оно довольно равномерно, но негусто покрыто растительностью. Предварительное обследование дна металлическим щупом показало, что на этом участке оно покрыто камнями. После снятия слоя песка камни были обнаружены не только по всей площади раскопа, было очевидно, что они уходят и за его пре­делы. Камни различаются не только размерами (от небольших и необработан­ных до крупных строительных блоков), породой (известняк, ракушечник, мра­мор), но и функциональным назначением (обработанные блоки, в том числе с пиронами и другими углублениями, архитектурные детали, небольшие обломки мраморных статуй, фрагменты постаментов под статуи и др.). После расчистки слоя песка и мелких камней, обнаружилось, что множество разнообразных бло­ков лежит не беспорядочно, но образует некий объект. Это дало возможность по­лагать, что в древности они до вторичного использования принадлежали не­скольким, не связанным между собой зданиям. После расчистки гидроэжектора­ми и снятия некоторых камней была открыта конструкция, сделанная из бревен. Довольно быстро удалось определить функциональное назначение от­крытого сооружения. Один из авторов статьи (В.Н. Латарцев) первым предполо­жил, что эта конструкция из бревен представляет собой так называемые «ряжи». Перейдем к описанию раскопа.        Согласно скорректированному плану работ в юго-западной части раскопа 15 х 15 м и частично за его пределами был размечен новый участок, условная ко­ординатная сетка которого ориентирована по сторонам света и имеет шаг 1 м. За базовую точку отсчета принят северо-западный угол этого участка. На новом участке в разной степени было исследовано 54 квадрата (I/1-VI/9). При этом юго-западный угол предварительно разбитого (15 х 15 м) раскопа соот­ветствует юго-западному углу кв. IV/6. В результате последовательного удаления водорослей, песчаных наносов, мелких и средних необработанных камней были выявлены строительные конструкции, основу которых составляли вертикаль­ные и горизонтальные бревна, по определенной системе увязанные как между со­бой, так и с крупными и средними по размерам необработанными и обработан­ными камнями. В процессе работ установлено, что самый верхний уровень сохра­нившихся in situ каменных и деревянных строительных остатков на данном участке находится в целом на 0,15-0,25 м ниже уровня современного дна. Это оп­ределяет уровень древней дневной поверхности (в среднем около 1,15-1,30 м), которая слегка понижается по направлению с юго-запада на северо-восток до мак­симальной отметки -1,36-1,38 м. Последующие работы по расчистке и удалению каменных строительных остатков проводились в северо-восточной части раскопа (кв. IITV/6-9). Выбор этого места обусловлен необходимостью подъема на поверхность надгробия с надписью Гипсикратии.  Дальнейшее углубление позволило определить принципиальную схему устройст­ва данной бревенчато-каменной конструкции, для определения которой наибо­лее точно подходит современный термин «ряж».          

В полевой сезон 2005 г. удалось частично раскопать северную торцевую часть ряжевой конструкции, которая ориентирована по линии юг — север с отклонением около 12° к востоку). Западная, северная (торцевая) и восточная стороны ря­жа образованы вертикальными вбитыми в дно бревнами, диаметр которых варь­ирует от 8 до 16 см. Всего в 2005 г. зафиксировано и расчищено на глубину от 0,05 до 0,5 м 50 таких бревен. Их торцевые поверхности находятся в основном на глубине от 1,26 до 1,45 м. Расположение бревен по восточной и за­падной сторонам ряжа предварительно определяет ширину самого сооружения в 7,5-7,7 м, в длину же оно в разной степени исследовано на протяжении около 5,8 м (считая от торца по направлению к берегу). По поверхности ряжа между бревнами горизонтально уложены обработанные и необработанные камни.[ii] Ос­нову этой своего рода вымостки составляют крупные, в разной степени обрабо­танные камни. Все они вторичного использования. Размеры двух самых круп­ных, расчищенных пока по поверхности известняковых блоков достигают 1,10 х 0,75 м (кв. I, П/З, 4) и 0,95 х 0,95 м (кв. IV/2-D7). Напоследнем из них имеется за­литый свинцом пирон. В конструкции северо-восточного угла ряжа ис­пользовано мраморное надгробие Гипсикратии, жены Митридата Евпатора, раз­меры которого составляют 0,9 х 0,8 х 0,45 м, а вес превышает 900 кг. Следует также отметить находку фрагмента мраморной плиты карниза и архитектурной детали из известняка. Как крупные, так и меньшие по размерам камни ориентированы длинными сторонами преимущест­венно по направлению продольных или поперечных бревен. Камни находятся как между бревнами, так и перекрывают их (полностью или частично). Длина продольных бревен, судя по их раскрытой части (СЗ и С4), превышала 5 м. Тол­щина бревен 0,15-0,18 м, расстояния между ними 0,5-0,6 м.       

После снятия камней вымостки в северо-восточной части ряжа был выявлен второй уровень бревен, которые ориентированы перпендикулярно бревнам верхнего уровня. Частично расчищены три лежащих поперечно бревна (В4-В6) на максимальную длину до 4,1 м, первоначальная их длина, веро­ятно, соответствовала ширине ряжа (7,5-7,7 м). Бревна верхнего (первого) и вто­рого рядов либо примыкают друг к другу, либо отстоят друг от друга на расстоя­ние до 0,1 м. Толщина бревен второго ряда 0,12-0,16 м, расстояния между ними около 0,35 м. Пространство между бревнами второго ряда, так же как и первого, заполнено необработанными камнями, причем длинными сторонами камни пре­имущественно ориентированы в том же направлении, что и бревна этого ряда. На нижнем уровне обнаружены также новые вертикальные столбы. Они, по всей видимости, связаны с устройством сле­дующего уровня ряжа. На бревнах ВЗ, В6 и СЗ зафиксированы пазы — канавки шириной 2,0-2,4 см, которые предотвращали соскальзывание веревки, которой связывали между собой бревна. Выявленный в процессе раскопок порядок расположения вертикальных столбов позволяет считать, что они ис­пользовались и для закрепления горизонтальных бревен. Характерные фрагмен­ты деталей подобного устройства открыты на площади кв. II/8 и кв. Ill, IV/9.      

Территория, непосредственно примыкающая к ряжу в 2005 г., была обследо­вана лишь в незначительной степени. На площади кв. II/—1 была найдена строи­тельная надпись 220 г. н.э., на площади кв. I, П/6 - фрагмент мрамор­ного ионийского карниз. Непосредственно к северу от него и на более низком уровне найден фрагмент мраморного постамента под статую (кв. 1/6, D5). При обследовании раскопа при помощи металлодетектора JW Fishers Pulse 8Х на поверхности ряжа, между камней и на примыкающей к ряжу территории было найдено более 50 рыболовецких свинцовых грузиков и около 20 сильно коррозированных бронзовых монет.         Подводные раскопки дали довольно большое количество находок — преиму­щественно обломки различных керамических сосудов и кости животных.

Следу­ет отметить, что большинство фрагментов керамики относится к позднеантичному и раннесредневековому времени, и лишь единичные экземпляры датиру­ются более ранним временем. Однако почти все они происходят из перемещенных и размытых при повышении уровня моря слоев и поэтому пока могут служить лишь основанием для общей хронологической характеристики данной части Фанагорийского городища. Многочисленные обломки краснолаковой керамики, в том числе и с клеймами датируются первой половиной VI в. н.э. (аналогии см. Атавин, 1993,с. 159-160,). Заслуживают внимания обна­руженные при раскопках обломки мраморных скульптур и фраг­мент надписи с сохранившейся первой буквой последней строки. Для датировки ряжа важны обнаруженные при его раскопках монеты,[iii] большая часть которых происходит из слоя, перекрывающего ряж, и из заполнения меж­ду камнями. Пока сложно утверждать, что они определяют период су­ществования конструкции. Одна из них, плохой сохранности, может относить­ся к эллинистическому времени (вероятно, пантикапейская монета первой половины III в. до н.э., тип «голова сатира — голова быка с надписью) [Шелов, 1956, с. 63-64, табл. V]. Остальные монеты являются статерами позд­ней боспорской чеканки, два из которых определенно датируются временем Рескупорида VI. На одной монете хорошо читается дата — 324 г. н.э.[iv] Непосредственно в самой конструкции ряжа под блоком из вулканической по­роды (кв. II, III/7. 8) найден позднебоспорский статер. Среди камней завала у северного торца ряжа при подъеме мраморного пьедестала (D5 в кв.1/6) обна­ружена монета римского императора Юлиана II Цезаря, чеканенная в Констан­тинополе в 355-361 гг.[v]           

Таким образом, можно предварительно полагать, что время сооружения ряжа относится к периоду поздней античности.         

Многие города Средиземноморья и Причерноморья в римское время не обла­дали удобными гаванями, устроенными природой. Поэтому для того чтобы ко­рабли могли найти укрытие в непогоду, необходимо было сооружать искусствен­ные гавани. Не менее важно было создать и портовую инфраструктуру — волно­ломы, молы, пирсы, маяки, склады и т.д. Для этих сооружений, строящихся на воде, в море, требовался прочный фундамент. В качестве основания для таких фундаментов использовали разнообразные конструкции, как каменные, так и де­ревянные. К деревянным конструкциям прежде всего относятся сваи и ряжи (в английском языке для обозначения последней используют слова wooden forms и caissons). Дерево широко использовалось и используется при строительстве при­морских сооружений с глубокой древности до наших дней. Бревна, доски, сваи, детали старых кораблей, которые служили материалом при сооружении при­чальных стенок, молов и т.п., довольно часто находят в процессе работ по пере­устройству современных портов и гаваней [Rossi, 2004, р. 179 fig. 8, 180-181, 184 figg. 12-13; Blot, Alves, 2004, p. 186-216]. Ряжи представляли собой деревянные ящики довольно больших размеров (в зависимости от размеров сооружаемых объектов), которые заполнялись бетоном или камнем и затапливались на месте предполагаемого строительства какого-либо портового сооружения. Несмотря на то, что ряжи должны были иметь широкое распространение, их находят ред­ко. Одним из наиболее ярких примеров для нового времени является строитель­ство разнообразных фортификационных сооружений в Кронштадтской крепо­сти. При их сооружении непосредственно в море предварительно забивались сваи, а также делались сосновые срубы-ряжи. Последние рубились либо зимой на льду непосредственно на месте будущего строительства фортификационного со­оружения, а затем затапливались через полыньи, либо их делали на берегу и за­тем буксировали на место. Для затопления ряжи нагружали камнем или специаль­ным гидравлическим раствором (Раздолгин, Скориков, 1988, с. 21) На полученном основании строились форты и дру­гие сооружения.        

Что касается античной древности, важные сведения о принципах строитель­ства портов сохранились только в труде Витрувия, хотя он и не был пионером в этой области: 12-й параграф пятой главы его De architectura во многом базируется на предыдущем греческом опыте и учебных пособиях эллинских инженеров и архитекторов.[vi] О сооружении ряжей он пишет следующее: «Если не окажется удобного от природы места для защиты кораблей от бурь, то надо поступить таким образом. Если в этих местах не помешает никакая река, но только с одной стороны будет бухта [место для стоянки], то тогда с другой стороны надо [искусственно] сооружать молы или из камней или насыпями и таким образом устраивать ограды гаваней. А каменные сооружения, которые должны быть в воде, следует делать вот как: надо привезти путеоланский песок (pulvis) из тех областей, которые простираются от Кум до мыса Минервы; этот песок перемешать с раствором извести (mortario), так чтобы было два на один (две части песку соответствовали бы одной части извести). Затем в определенном месте опустить в воду и крепко утвердить обитые дубовыми досками и скрепами [четырехугольные] клети (arcae stipitibus robusteis et catenis inclusae); затем нижнее пространство внутри этих клетей надо выровнять очистить кирками [мотыгами] и заполнить его цементом, смешав материал в месильном ящике в той пропорции, как было описано выше, до тех пор, пока не заполнится пространство, которое будет внутри bulis et catenis conligatae), в том месте, которое будет намечено; в пространство между двумя клетями следует забить глину в корзинах, сделанных из болотной травы...» (перевод Н.Ф. Дератани). 

Сейчас известно лишь несколько примеров использования ряжей в античное время. Наиболее ярким и показательным является строительство порта в Кеса­рии Геродом Великим, которое было завершено, по всей видимости, в 10 г. до н.э. [Raban, 1992, р. 68]. Об этом сохранились свидетельства Иосифа Флавия (Joseph. B.J. I. 408-411; A.J. XV. 331-339). Важно то, что, помимо письменных сообщений, многие технические детали воплощения этого грандиозного проекта становятся известны благодаря масштабным подводным исследованиям сотрудников Уни­верситета г. Хайфы (Израиль) совместно с зарубежными специалистами. Мы не можем подробно изложить здесь результаты работ по проекту изысканий в порту Кесарии ящиков... А в тех местах, где не добывается песок, надо поступить вот каким образом: надо установить двойные клети, скрепленные досками и связанные цепями (arcae dupiioes reiatls), который в честь Августа носил название «Себастос» [подробнее см.: Oleson, 1985, р. 165-172; Oleson, Branton, 1992, p. 49-67; Raban, 1988, p. 185-208]. Обратим внимание лишь на то, что представляет интерес в связи с публикуемы­ми находками из Фанагории. При строительстве волноломов, маяков, причалов, складов и прочих портовых сооружений в Кесарии активно применялись ряжи. Их остатки обнаружены при проведении подводных исследований. Они были найдены на двух участках порта — Си К, ряжи представляли собой деревянные ящики размерами 15 х 11,5 х 2 м (участок С)и14х7х4м (участок К) [Brandon, 1997, р. 46-57 figg. 3-14; idem, 1996, p. 34]. Основой их служили сосновые брусья сечением 29 х 29 см, на которые по периметру с внешней и внутренней сторон на­бивались доски, образующие двойные стенки ящика. Внутри него делались рас­порки из вертикальных брусьев. Ряжи с участка G не имели дна (они ставились на слой камней, предварительно уложенных на морском дне), тогда как у ряжей с участка А дном служили доски. Ящики изготавливались на суше или на мелково­дье. Затем их транспортировали на то место в море, где предполагалось возво­дить портовое сооружение. Здесь пространство между внешней и внутренней стенками ряжа заполняли гидравлическим раствором на основе пуццолана (англ. concrete), специально привозимого из Италии [подробнее см., например: Brandon, 1996, р. 26-28]. По мере заполнения ящики опускались на морское дно. Чтобы на дне ряжи не подмывались морскими течениями, их со всех сторон об­кладывали камнями [Oleson, 1985, р. 168], после чего на этих затопленных ящи­ках с раствором — бетоном внутри можно было возводить фундаменты сооруже­ний.        

Находки в порту Кесарии являются уникальными. Однако нужно признать справедливым мнение одного из участников проекта о том, что техника строи­тельства с использованием ящиков — ряжей была известна в античном мире. Проблема только в том, чтобы найти такие конструкции [Brandon, 1996, р. 40].[vii]        

Хотя фанагорийские ряжи открыты недавно и их полное исследование еще предстоит, но уже можно говорить об их характерных особенностях и найти ряд отличий от кесарийских. Во-первых, фанагорийская конструкция изготовлена по другому принципу, чем кесарийские. Последние представляют собой, как бы­ло отмечено, ящики со стенками и зачастую с дном, тогда как в Фанагории инже­неры использовали, судя по всему, только бревна. Причем бревна положены го­ризонтально таким образом, что каждый последующий ряд находится под пря­мым углом к предыдущему. Во-вторых, фанагорийские ряжы были нагружены не раствором - бетоном, а камнями, как правило, вторичного использования[viii]. Последовательность сооружения ряжей могла выглядеть следующим образом. На выбранном и предварительно расчищенном участке морского дна вначале за­бивали сваи, ограничивающие площадь, которая примерно соответствовала раз­мерам будущего сооружения. Между ними укладывали ошкуренные бревна перво­го ряда, которые удерживались на месте сваями. Пространство между ними за­полняли камнями. Поскольку камня требовалось очень много, то строители из-за дефицита этого материала на Таманском полуострове были вынуждены собирать его повсюду как в городе, так и на некрополе. Именно поэтому на морском дне оказались разновременные обработанные строительные блоки и архитектурные детали вторичного использования, обломки мраморных статуй, надгробия из некрополя, надпись на мраморной плите.        

После этого укладывался второй ряд бревен, перпендикулярных первому. При этом бревна обоих рядов в местах стыков перевязывались веревками. Для того чтобы веревка держалась крепче, прорубались специальные канавки. Затем между бревнами опять укладывали камни. Эта операция продолжалась до тех пор, пока вся конструкция не достигала нужной высоты. Такая конструкция слу­жила основанием для строительства на ней необходимых сооружений — при­чалов, молов, волноломов и др.         

Фанагорийская деревянная конструкция выглядит более грубо по сравнению с ящиками из Кесарии, которые изготовлены по всем правилам плотницкого ис­кусства (тщательно обработанные балки, точно подогнанные с помощью пазов и аккуратно скрепленные металлическими скобами детали, выструганные доски и т.д.). Однако свою задачу она, по всей видимости, выполняла не менее эффектив­но, поскольку была вполне прочной. Однако о функциональном назначении со­оружения, для которого предназначались фанагорийские ряжи, пока нет одно­значного ответа, поскольку неизвестны ни размеры ряжа, ни его высота, ни дру­гие важные детали. Датировка подводных сооружений такого рода всегда затруднена, так как мы не знаем, ни с какого уровня они прорезают культурные слои, ни разрушительной деятельности моря, которое перемешивает артефакты на дне [Hesnard, 2004, р. 179, 186]. Принимая во внимание датировку самой позд­ней надписи (220 г. н.э.), которая была найдена ё непосредственной близости от ряжевой конструкции, а также некоторые наблюдения, предварительно можно сделать вывод о том, что фанагорийский ряж был сооружен в конце античной эпохи. 

Литература:

-         Атавин А.Г. Краснолаковая керамика IV-VI вв. н.э. из Фанагории/ БС.2

-         Кузнецов В.Д. Навые надписи из Фанагории // ВДИ. 1.

-         Раздолгин А.А., Скориков Ю.А. Кронштадская крепость, Л., 1988

-         Шелов Д.Б. Монетное дело Боспора VI-II вв. до н.э. М, 1956    



[i] Работа выполнена в рамках проекта, поддержанного РФФИ (№ 06-06-88010к)

[ii] Далее все бревна, ориентированные по долготе, называются продольными, по широте - поперечными

[iii] Около половины монет коррозировано настолько сильно, что металл на них полностью заменен окислами

[iv] Бюст царя вправо, перед ним диск с лучами. Точечный ободок.

[v] бюст императора вправо, вокруг DN CLIVLIANVS NOB CAES. О.с: стоящий император с копьем и земным шаром, вокруг REI PUBLICE, в обрезе - CONS (? - номер оффицины неразбор чив). Аналогии: Imperial Coinage. Vol. VIII, 1981, p. 461, nos. 154.

[vi] Например, Филон Византийский написал книгу о портовых сооружениях, от которых сохранилось только название.

[vii] Остатки ящиков-ряжей, которые наполнялись камнями, обнаружены на юге Франции на мес­те римского порта города Лорон (Les Laurons): [Ximenes, Moerman, 1988, p. 232, 244 fig. 16].

[viii] В сезон 2005 г., таким образом, было найдено две надписи. Одна из них на верхней части мра­морного надгробия, на котором стояла статуя жены Митридата VI Евпатора, вторая надпись строи­тельная на мраморной плите о восстановлении портика, которая датируется 220 г. н.э. Надписи бу­дут опубликованы в отдельной статье.
 
« Пред.   След. »
© 2017 Московский Подводно-Археологический Клуб
Joomla! is Free Software released under the GNU/GPL License.